Фавориты Фортуны

– У твоего мула есть имя? – усмехнулся Сулла.

– Конечно. Я назвал его Вислоухий.

– А как ты называл своего очень аристократичного коня?

– Буцефал.

Сулла затрясся от хохота, но ничего не сказал. Он оглядел присутствующих, а после молвил, протянув руку:

– Для восемнадцатилетнего юноши ты все замечательно устроил.

– Я следую твоему совету, – сказал Цезарь. – Поскольку я не способен смешаться с толпой, я решил, что даже этот первый пир должен быть достойным моего имени.

– О да, ты заносчив. Не переживай, Цезарь.

– Конечно, больше, чем я могу позволить себе, – спокойно ответил Цезарь.

– Тогда ты транжира, – только и сказал Сулла.

Цезарь пожал плечами:

– Деньги – это инструмент, Луций Корнелий. Мне все равно, есть они у меня или нет. Возможно, ты полагаешь, что деньги существуют для того, чтобы их копить. Я считаю, что деньги должны находиться в постоянном движении.

– Это прямой путь к банкротству.

– Я всегда справлюсь, – спокойно ответил Цезарь.

– Почему ты так уверен?

– Потому что я – любимец Фортуны. Мне сопутствует удача.

Сулла вздрогнул:

– Это я – любимец Фортуны! Это мне сопутствует удача! Но помни: за удачу приходится платить. Фортуна – ревнивая и требовательная любовница.

– Но зато самая лучшая! – воскликнул Цезарь и засмеялся так заразительно, что все замолчали.

Многие из присутствующих надолго запомнят этот смех Цезаря и часто будут потом вспоминать – не потому, что у них возникли какие-то предчувствия, а потому, что Цезарь обладал двумя особенностями, которых они не имели: он был молод и красив.

Конечно, он не мог уйти, пока помещение не покинет последний гость, а разошлись все много часов спустя. К тому времени Цезарь успел составить мнение о каждом из присутствующих. Таков уж был склад его ума – всегда откладывать в памяти все, с чем сталкивался.

– Но я не увидел никого, кого хотел бы назвать другом, – сказал он Гаю Матию на рассвете следующего дня. – Ты не хочешь отправиться со мной? Ведь ты должен отслужить свои десять кампаний.

– Нет, спасибо. Не хочу уезжать так далеко от Рима. Я подожду назначения. Надеюсь, это будет Италийская Галлия.

Прощание оказалось долгим.