Физрук

— Я сейчас приду!

— Приходи, мы будем тебя ждать… И дай трубку Карлу Фридриховичу.

— Да! — откликнулся тот, снова взяв трубку.

— Серега домой возвращается.

— Я уже понял… Сейчас соберем…

— Слушай, у тебя случайно нет дверного замка?

— Недавно меняли, — ответил он, — но старый еще в хорошем состоянии…

— Дашь его Зимину с собой?

— Да я его сам привезу. Он тут у нас… хм… Оброс вещами.

— Понятно. Ну тогда ждем вас обоих.

— Давай. До встречи!

Повесив трубку, я вышел из телефонной будки. Посмотрел на часы.

Семь вечера. Через час мне надо быть в школе, на занятиях секции. Надеюсь, Карл с Гретхен не слишком долго будут собирать нашего подопечного? Я двинулся в направлении дома, где жили Зимины. На входе во двор меня поджидали. В темноте я не сразу узнал алкаша, которому дал по рылу все-то с час назад. А остальных и вовсе никогда не видел. Они, ни слова не говоря, принялись окружать меня.

Сначала пришлось обезвредить тех, кто торчал сзади. Я сделал вид, что поскользнулся и, резко выпрямившись, нанес ослепляющий удар локтем в лицо тому, кто оказался ближе остальных.

Руку второго я перехватил в миллиметре от своего носа и нанес чувствительный удар ниже пояса тому, кто на него покушался. С двумя другими пришлось поработать ногами. Пятый, а им оказался неудачливый Томкин хахаль, успел ретироваться. Глядя на то, как поверженные противники ворочаются в снегу, пятная его юшкой, я достал из кармана дубленки плодово-ягодное.

Поставив бутылку на столик, за которым обычно играют в домино, я сказал:

— Это вам, мужики, на поправку здоровья.

А когда поправитесь, потолкуйте со своим дружком, который натравил вас на мастера спорта по самбо, а сам сдриснул.

Вернувшись к подъезду, я как раз застал Рунге и Зимина, выходящих из «BMW». Пацанчик тащил за собой туго набитую адидасовскую сумку, а Карл две, не менее плотно заполненные авоськи. Дежурившие бабки, наверное, терялись в догадках. Ну ладно у Томки из двадцать восьмой появился новый хахаль, но кто тогда привез Сережу? Еще один хахаль? На машине! Сопровождаемые недоуменными взорами, мы поднялись в квартиру.

Здесь неожиданно пахло пищей. Хозяйка вычистила квартиру и ждала самого дорогого гостя.

— Сереженька, родной! — запричитала она, словно сын вернулся с войны, а не из дома, где его окружали забота и доброта. — Вернулся, кровинушка моя!

— Ты замок привез? — спросил я у Карла, чтобы чем-то заняться.

Тот вынул из кармана завернутый в газету замок.