Физрук

«Пионер» был слишком примитивным прибором, чтобы благодаря ему можно было определить — стоял ли меченый автомобиль на одном месте какое-то время или двигался непрерывно?

Как бы то ни было, мы с химичкой петляли около часа, пока, наконец, след не повел нас прямо. Маршрут, по которому мы сейчас двигались, был мне знаком. По нему я ездил на выходных к спортивному комплексу «Литейщик». Сегодня, кстати, мне тоже предстояло вести в нем занятия в секции для девочек. И я даже не удивился, когда щелчки и вспышки лампочки привели нас именно к стадиону этого спортобщества.

— К дому Симочки твой муж не подъезжал, хотя она могла сесть к нему в машину где-нибудь по дороге, если ему зачем-то понадобилось везти ее сюда, в «Литейщик».

— Как ты думаешь, что ему здесь могло понадобиться? — спросила она.

— Вот уже не знаю, — пожал я плечами. — Но сомнительно, что здесь у него любовные шашни.

— Выходит, все зря?

— Вовсе нет, — ответил я. — Жаль, что мы не записали называния улиц, которые он перед нами проезжал.

— А я запомнила, — откликнулась Екатерина Семеновна. — Вернусь домой, составлю карту маршрута… Ты со мною?

Я посмотрел на циферблат своей «Славы». Десять пятнадцать.

— Да нет, у меня в одиннадцать занятия в секции.

— Тогда я поеду. А то вдруг Сильва сейчас покажется и нас увидит.

Это было бы подарком.

— Конечно — поезжай, — сказал я. — Завтра в школе увидимся.

Я отдал ей приборчик и вылез из салона «Жигулей». Я понимал, что моя сообщница разочарована результатом нашей слежки. Она, видимо, надеялась, что благоверный встретится с разлучницей и закатится с ней в ресторан или — еще лучше — в дом отдыха, а след привел нас к спорткомплексу. Конечно, не исключено, что они здесь играют, скажем, в теннис, но для меня это значения не имело.

Глава 7

Я вошел в административное здание. Здесь было по-воскресному тихо.