Ее последний вздох

Красная река из задних габаритных огней тихо текла вдоль приподнятой над уровнем улицы дороги. Итальянец врубил сирену, но полос в одном направлении было всего три, обочины отсутствовали, так что деваться автомобилям все равно было некуда. Делать было нечего, приходилось ждать, пока проползут все машины.

– Бэнкстон прятал от нее глаза, – сказал Кинс.

– От кого, от Трейси?

– Когда он приходил на полиграф, вместо Трейси его встретила Сантос. Бэнкстон был, похоже, недоволен, все спрашивал, где Трейси, говорил, что у него есть для нее информация.

Фац снова врубил сирену. Свет от их фар проникал в салоны автомобилей, пытающихся дать им дорогу. Кинс медленно поехал вперед.

– Ну не глядел он на нее. И что?"

"– Ты просто психологиню не видел; у большинства парней другая проблема – когда она рядом, они не могут глядеть никуда, кроме нее. А Бэнкстон, наоборот, глаза прятал. А потом завалил полиграф.

– Но ведь не те вопросы, где спрашивалось, убил он их или нет.

– Сантос говорит, что эти типы проходят полиграф потому, что у них нет совести.

– Не понял.

Кинс снова остановился, дожидаясь, пока ему даст дорогу очередной джип, который честно пытался подвинуться, но пока без особого успеха.

– Сантос говорит, что сложная система удушения, которую использует Ковбой, может заодно помогать ему дистанцироваться от убийства.

– Опять эти психологические выкрутасы, – проворчал Вик.

– Позвони диспетчерам. Узнай, арестовали Бэнкстона или нет. А потом снова набери Трейси. Может, окажется, что мы зря сорвались.

* * *Кроссуайт повернулась и побежала. Боковым зрением она видела, как он выскочил из тени.