Ее последний вздох

Находка показалась ему подтверждением надежности инстинкта сыщика, и он сразу повеселел. Он нашел-таки Ковбоя. Еще в сарае обнаружился блокнот с записями, сделанными от руки, вроде дневника, и многочисленными вклейками вырезанных из газет статей и фотографий – в нем, казалось, было собрано все, что только публиковали в прессе по всем четырем убийствам, причем каждый текст содержал следы внимательного чтения: подчеркнутые слова, выделенные параграфы. Уверенность Ноласко в том, что он нашел нужного парня, выросла еще больше.

* * *Трейси выхватила из шкафчика банку с кошачьим кормом, ложку и стала колотить ею по банке, чтобы привлечь кота. Роджер всегда моментально реагировал на этот звук. День угасал стремительно, в темноте в кустах позади ее двора шарились еноты, а то и койот мог забрести.

Она быстро сбежала по лестнице и отперла дверь на нижней площадке. Окна здесь выходили на восток, да к тому же были плотно завешены шторами, так что в комнате было темно, как ночью. Только пробежав через всю комнату к задней двери, она увидела, что засов на ней отодвинут.

* * *Машина Кинса вырвалась из недр подземной парковки на улицы Сиэтла, рассыпая в сумерках голубые и красные блики от сирены на крыше. Фац держался за ручку над пассажирской дверцей. Свободной рукой он прижимал к уху мобильный телефон, по которому говорил с диспетчером.

Кинс объехал джип, который лишь частично прижался к обочине, притормозил, давая рассосаться скоплению машин впереди, и поехал вниз, к въезду на виадук Аляскан-уэй.

– Пусть свяжутся с офицером, который дежурит у ее дома, и он постучит к ней, – говорил Вик диспетчеру.

– Не выйдет, – отозвался с водительского места Кинс. – Ноласко снял охрану. За домом больше никто не смотрит. Скажи им, пусть пошлют патрульную машину с Юго-Запада.

Вик передал его слова диспетчеру.

– Пусть еще возьмут таран, – добавил Кинс.

Вик передал. И отключился.

– Когда мы там будем?

– Зависит от пробок. – Кинс въехал на виадук и ударил по тормозам.