Ее последний вздох

 – Снова длинная пауза. – Миссис Бингам, вы меня слышите?

– Что вы хотите знать? – спросила она.

– Я пытаюсь прояснить кое-какие детали, и мне хотелось бы задать вам несколько вопросов по этому делу.

– Вы из полиции?

– Я адвокат.

Опять молчание. Дэн уже предчувствовал, как она скажет ему, что ничего не помнит, и попросит оставить ее в покое.

– Зачем вам это? – спросила она совсем расстроенно.

– Я пытаюсь понять, справедливо ли осудили мистера Герхардта, – ответил Дэн, чувствуя, что нельзя скрывать от нее правду.

И опять Бингам умолкла так надолго, что Дэн был уже уверен в ее отказе говорить. Он попытался еще раз заполнить паузу.

– Я могу встретиться с вами в любое удобное для вас время. Или прийти к вам домой.

– Нет, – сказала она. – Не домой.

Дэн ждал продолжения, чувствуя, что сейчас ему лучше промолчать.

– Я сейчас веду сына на тренировку по футболу. Пока он будет заниматься, я буду его ждать. У меня будет свободный час. В Северном Сиэтле, на Пятнадцатой авеню, есть футбольный бар, называется «Железная кость», это напротив торгового центра.

Глава 38

Трейси кивнула двум служащим тюрьмы, которые стояли у входа в комнату жесткого допроса.

– Мы недолго, – сказала она.

– Да ничего, не спешите, – ответил ей офицер-мужчина. – Этому парню давно мозги пора вправить.

– А я буду смотреть из другой комнаты, – сказал Вик и повернулся, чтобы уйти.

Трейси уже собиралась открыть дверь в камеру, как вдруг вспомнила слова офицера по надзору о том, что Таггарт любит корчить из себя крутого парня, а на самом деле – поганый хорек.

– Слушай, можешь сыграть моего крутого итальянского друга? – сказала она.

– Что значит «сыграть»? – обиделся Фаццио так, что его акцент уроженца Нью-Джерси проступил особенно явно.

Кинсу Трейси сказала:

– У меня плохое предчувствие.

– Хочешь, я с тобой посижу?

– Звякни мне минут через пять.

Кинс ушел наблюдать через стекло. Трейси потянула на себя дверь и шагнула внутрь, Фац маячил за ее спиной, точно огромный телохранитель.

"– Все это хрень собачья, – сразу же начал Таггарт. Синяки вокруг его глаз стали противного багрово-желтого цвета. – Я подам в суд на тебя, на все твое отделение и на весь город. Мой адвокат сказал, я на этом миллионы заработаю.

– Эй, ты, скотина, – сказал Вик, нависая над Таггартом, отчего тот стал похож на злобного гнома. – Закрой свою вонючее хайло, пока я его тебе не заткнул. А уж я заткну так заткну, вовек потом не расковыряешь.