Дороже всего на свете

– Так, спокойно, я сейчас вызову скорую. Только не отключайся. У меня где-то должен быть автоинжектор… Потерпи немного…

И я терплю. Изо всех сил. Но в какой-то момент сдаюсь.

Когда прихожу в себя, не сразу понимаю, где нахожусь. Совершенно точно – не в доме Дамианиса. Там нет таких безвкусных расцветок. Тянусь рукой к шее и с удивлением замечаю, что пальцы больше не похожи на круглые колбаски, какими я видела их в последний раз.

– Проснулись? – раздается незнакомый звонкий голос. Говорят по-английски.

Вскидываю глаза.

– Как ваше самочувствие? Судя по всему, уже лучше, – улыбается медсестра. – Позову доктора, – добавляет она и нажимает кнопку над изголовьем кровати.

– Где я?

– В клинике. Вам потребовалась медицинская помощь из-за анафилактического шока, вызванного укусом насекомого.

– Да, – печально вздыхаю.

Это мне знакомо. Неприятные воспоминания.

Спустя десять минут приходит врач. К этому моменту болезненные симптомы уже не ощущаются, и я надеюсь покинуть больницу.

– На первый взгляд вы в полном порядке, Александра, – начинает врач, просматривая мою карточку.

– Кому вы скажете? – реагирую, приподнимаясь на локтях.

Доктор с удивлением смотрит на меня.

– Мужу, – повторяет он, снова заглядывая в карточку. – Да, включим еще один анализ, учитывая, что вы недавно родили. Нужно проверить, нет ли анемии. Вашей дочери нужна здоровая мама, не так ли? – улыбается, вставая.

Теперь понятно, что Дамианис имел в виду, говоря о последних спокойных днях. Ни одна мать не позволит отдать своего ребенка сопернице. А если вспомнить фотографии и сообщения, которые я недавно получила от Ванессы… Леон так со всем разобрался, да?

– Мой… муж сейчас в больнице?

– Да, он в коридоре, очень переживал за вас. Состояние было тяжелым, но благодаря нашим усилиям все обошлось. Хотите, чтобы я его позвал?

– Будьте любезны, – отвечаю, сжимая руки в кулаки.

Муж, значит, а я – мама его дочери? Интересно.

9 глава

Врач уходит, и в тишине, пронизанной стерильностью больничной палаты, я остаюсь одна. В эти короткие минуты уединения успеваю почувствовать и жалость к себе, и глубокую досаду из-за того, что жизнь так резко изменилась. Все планы и мечты словно стерты одним безжалостным взмахом судьбы. Снова.

Напряжение достигает предела, когда на пороге появляется Леон.