Девочка-яд

Боже, у меня сердце сейчас разорвётся!

– Что? – хрипло выдавливаю из себя я.

– На один только день хватит военных действий. Я прошу тебя. Ладно?

Тут же суматошно трясу головой и зажмуриваюсь, а потом вру, понимая, что все мои истинные желания крутятся вокруг него одного.

– Но я не хочу этого, Ян! Не хочу тебя прощать и не хочу верить тебе. Не хочу! – не замечаю, как слова переходят в жалобный плачь.

– Хорошо, не прощай, Яся. Не надо. Но дай же нам шанс, – он почти умоляет меня и так крепко стискивает в своих объятиях.

О, Боже…

– Мне дай шанс, Яся. Я обещаю тебе, что не подведу твоего доверия. Малышка…Вернись ко мне!

Он так близко, и мы снова дышим одним на двоих воздухом. И это работает как персональная дурь – напрочь выносит из черепной коробки все остатки моих мозгов.

– У тебя так сердце бьётся, – и я совершенно не понимаю зачем говорю это, просто чувствую его. Понимаете?

– Да, – и его губы робко касаются моих губ, – оно радуется, что наконец-то рядом с тобой и ты его не гонишь.

Мой стон.

О, и это все, что мне нужно?

Боже, да!

– Ян, – и это даже не мой голос, а тихий и отчаянный хрип.

– М-м?

– Скажи мне, – и я пытаюсь ухватиться за последний аргумент.

– Все, что угодно, – укусил и потянул за нижнюю губу, напрочь сбивая с мыслей, но я устояла.

– Зачем ты тогда мне звонил? В январе, – и фактически замерла каменным изваянием, ожидая его ответа.

– Глаза в глаза, и я вижу, что он по-настоящему испугался моего вопроса. Смотрит с отчаянием, а затем прикрываем глаза и выдаёт мне правду:

– Чтобы расстаться с тобой, Яся, – тихо, беспомощно, но зато честно.

– Почему? – только и вырывается из меня надсадно, на границе между отчаянием и обреченностью.

– Потому что влюбился в тебя, – и его губы целуют мои закрытые веки, из-под которых так неудержимо сочится соленая влага.

Влюбился? Он, что правда, сейчас это сказал?

– Очень логично, – пытаюсь отвернуться, но он не даёт.

– Да, не то слово, но, Ясь, я тогда запутался сам в себе, а ещё испугался этих чувств и того, что ты мне не ответишь взаимностью. Идиот! И я об этом уже говорил. Но я не знаю, как объяснить в двух словах это все и так, чтобы ты поняла меня, – замолчал и прижался лбом к моему лбу.

Секундное молчание и укол в сердце, когда понимаешь – нужно либо окончательно ставить жирную точку, либо позволить себе запятую. Нам позволить.