Девчуля для братвы

Может, повторишь на бис для Эдика? Чтобы он со своей кодлой все-таки сделали с тобой то, что собирались?

Одна только мысль о том, чтобы вернуться в тот кабинет со Шрамом и его мерзкими гиенами, заставила меня вздрогнуть. Снова почувствовать на себе похотливые взгляды мужчин. Почувствовать себя вещью, у которой теперь есть хозяин…

Только не это. Нет.

Впрочем, Вольф сейчас смотрел на меня точно так же.

— Отпустите меня, пожалуйста, — прошептала я. — Так нельзя. Нельзя так поступать.

Я с трудом держалась на ногах.

Все происходящее вдруг показалось бредом, сном. Лишь он один был реален, Вольф.

Мужчина в нескольких сантиметрах от меня.

Действительно, как я могла поверить, что он просто возьмет и заберет меня себе, словно понравившуюся игрушку?

Нет, нет, конечно, нет. Кошмар подошел к концу, я могу выдохнуть. Разумеется, он прекратит это — по-другому и быть не может.

— Огромное спасибо за то, что спасли меня от этих… людей, — сказала с волнением.

— Я надеялся, что за прошедшее время мозгов у тебя как-то прибавилось, но нет, — он покачал головой, пристально разглядывая мое лицо. — Почему ты решила, что можешь быть свободна?

— Ну, вы же цивилизован… цивилизованный человек, — он изогнул бровь, и я запнулась на полуслове. — Конечно, вы меня отпустите. И дадите телефон, чтобы я позвонила в полицию.

— Закрой свой дивный ротик и уясни одну простую вещь, — Вольф склонился ко мне ниже. — Теперь ты моя.

— Как так? — помертвела я, широко-широко распахнув глаза.

— Моя. Забава. Потеха. Игрушка, — делая большие паузы между словами, видимо, чтобы я лучше поняла, сказал он. — Захочу — осыплю бриллиантами с головы до ног, захочу — сломаю. Запомни — твоя жизнь теперь зависит от того, сможешь ли ты меня развлечь.

Настолько мерзко и отвратительно, что невозможно в это поверить. Я ослышалась, пожалуйста, пусть я ослышалась!

— То есть, вы меня сейчас не отпустите?

— А сама-то ты как думаешь, малыш? — вместо ответа спросил Вольф, прижавшись губами к моему уху.

— Я думаю, что вам нужно прекратить это, — дрожащим голосом ответила я. — Осталась в вас хотя бы капля жалости… Капля человечности.

Он был близко. Напирал на меня всем весом тела. Подавлял и гипнотизировал своими светло-желтыми глазами.

Глазами, в которых отразилось прошлое.