Чужая дочь

Говоров швырнул папиросу в коробку:

– Да…

Посмотрел на доску:

– Ты пошел?

Такое ощущение, что он только сию минуту заметил, что творится на шахматной доске.

– Ну, пошел, пошел, – кивнул Шульгин.

– Ты пошел?! – возмутился Говоров. – Ты что делаешь? Ты что, не видишь, что в вилку попадаешь?!

– Попадаю, попадаю, – рассеянно ответил Шульгин.

– Дементий! – насторожился Говоров. – Да что с тобой сегодня?

Тот отвел глаза, глубоко вздохнул, словно набирался храбрости, потом прямо взглянул на Говорова:

– Друже… мне очень нравится Тася!

– Да? – настороженно спросил Говоров.

– Я хочу на ней жениться! – заявил Шульгин.

– Здрасьте… – растерялся Говоров. – Приплыли! Так… прыткий ты, однако! Так… шах! И ферзь тютю! – быстро переставил он фигуры, надеясь отвлечь Шульгина.

Но тот и не взглянул на доску:

– Почему же прыткий? Я про нее все знаю. Только вчера, дурак, понял. Слышал ваш разговор.

– А-а… – протянул Говоров. – Ну, раз слышал, то должен понимать: люблю я ее!

– Любишь? – повторил Шульгин.

– Да!

– Любишь – и мучаешь. Дочкой решил удержать!

Говоров не верил своим ушам:

– Это ты мне сейчас упрек бросаешь, друг?! Да я ради тебя на такое пошел…

Шульгин нахмурился:

– Это ты о чем?

Говоров спохватился:

– Ни о чем! Ладно! Пусть сама решит! Хотя… ответ я и так знаю!

Он бросился на кухню:

– Тася! Тася!

Она вышла, как всегда, в переднике, как всегда, с полотенцем в руке, как всегда, спокойная и приветливая.

Шульгин встал, опираясь на палку так тяжело, как давно не опирался.

Говоров так уверен в ней! Наверное, не зря!

– Вот, Тася! – объявил Говоров. – Мой лучший друг, товарищ Шульгин, сватается к тебе! Пойдешь за него?

Тася взглянула так изумленно, что Шульгину даже смешно стало. Господи… А еще говорят, что женщины чувствуют, когда нравятся мужчинам!.. Или… Она в самом деле все чувствует, знает и понимает, но он ей просто безразличен? Все сердце ее Михаилом занято, и ни для кого там места больше нет?!

Ну что ж, так или иначе, а он должен задать вопрос и получить ответ.

– Товарищ Говоров, – усмехнулся он, – я уж как-нибудь и сам справлюсь. Спасибо за помощь!

– Пожалуйста! – шутовски развел руками Говоров. – Сам так сам! Ну давай, давай! Сам!

Он отошел к дивану и плюхнулся на него, не сводя возмущенного взгляда с Шульгина.

Ну, Дементий… Ну!..

– Товарищ Говоров, ты мне спину прожжешь, – проворчал тот. – Выйди.

– О! – возмутился Михаил Иванович, усаживаясь поудобней.