Белый шум

Похоже, малышу сольный концерт Казаринова понравился, и он, положив голову отцу на плечо, сладко уснул. Владу удалось без помех уложить ребенка в кроватку и осторожно выйти из комнаты.

Без Элки снова вчитываться в дневники сестры не хотелось. Хорошо, что разбираться в дерьме, оставленном сестрой, приходилось с Эллой. Один теплый бок, прожигающий дыру в штанине Казаринова, чего стоил. Влад завалился на диван и лишь на минуточку прикрыл глаза, а когда проснулся, то увидел знакомую фигуру, показавшуюся темной в свете лампы, очерчивающей каждый изгиб.

– Что ты там нашла интересного? – ехидно осведомился он, поморщившись мысленно, что оставил в открытом доступе договоры в доме ведущего специалиста конкурентов. И тут же одернул сам себя.

«Элла не такая! Она не переманит клиентов!»

– Что? – повторил он, глядя на Элкин задранный вверх указательный палец, словно его хозяйка говорила: «Минуточку!».

Казаринов подскочил с дивана и сразу оказался около Эллы, застывшей с бумагами в руках вблизи настольной лампы и вчитывающейся в каждую строчку договора займа.

– Как Кристинкины документы здесь вообще оказались? – недовольно пробубнил он, тут же догадавшись, что, наверное, Мила сгребла все бумаги с его стола и скопом передала Чижову.

«Вот же идиотка!» – мысленно ругнулся он, решив, что нужно обязательно провести с сестрой инструктаж.

– Роспись странная, – прошептала Элла. – Похожа очень, но какая-то тяжелая.

– Мила, сестра наша старшая, утверждает, что ее.

– Я видела, как она расписывается, – тихо заметила Элла. – В этой нет легкости, и как графический объект она совершенно другая.

– Ты полагаешь, что подделка? – с надеждой осведомился Влад. – Это бы решило многие проблемы.

– Кристина, когда мы с ней познакомились, работала в какой-то фирме главным бухгалтером. Можно запросить у них документы с ее подписью и отдать на экспертизу.

– А это идея, – довольно воскликнул Влад. – Элка, ты супер!

От избытка чувств он чмокнул ее в щеку и закружил по комнате, а потом вместе с ней упал на диван.

– Если идея с экспертизой выгорит, я твой должник… – И тут же сам себя оборвал на полуслове.

«Ты и так ее должник, придурок», – мысленно напомнил он и попробовал задрать длинную майку.

– Элка, ты такая сладкая, – пробормотал он, наваливаясь. Но она вывернулась из его объятий и строго предупредила:

– Еще раз ко мне полезешь, поедешь домой.