Жестокий трепет (СИ)

- Я должен подумать что-то другое? – жестоко спросил он.

Я сделала шаг в сторону, желая обойти Брендона, но его ладонь внезапно сжалась на моей шее. Сильно. Так, что я даже дышать перестала.

- Я найду их всех, - сказал он, буквально уничтожая меня взглядом. – Всех, с кем ты трахалась. Ты ни с кем не будешь, блядская Элис.

Я подняла руку и влепила ему пощечину. Жаль, что это на Брендона никаким образом не подействовало, но, к счастью, вовремя рядом оказались мои телохранители и охрана этого здания.

Смотря в жуткие глаза Дилана мне показалось, что и это его не остановит, но внезапно альфа разжал свою руку.

- Удачи. Ищи сколько тебе будет угодно, - хрипло произнесла. Шея болела. Насколько же он ненормальный.

***

Я не стала отменять работу, но следующая встреча далась мне тяжело. Когда же я освободилась, уединилась в комнате с чашкой кофе.

Эмоционально я и правда была неустойчива и сейчас ощущала себя так, словно моя жизнь вновь пошатнулась и я начала рассыпаться.

А ведь я не собиралась ничего делать Диланам.

И мне казалось, что это нормально. Попросить человека больше не лгать. Но, как оказалось, ничего нормального в этом не было.

И сейчас я желала лишь одного – уничтожить Диланов, ведь иначе грязь будет продолжаться.

И мне хотелось сделать это собственными руками. В одиночку. Ничего не рассказывать маме и братьям, таким образом доказывая себе, что могу самостоятельно справляться со своими проблемами.

И, наверное, если бы я была более импульсивна, я бы именно так и поступила, но уже допивая кофе, я немного успокоилась и поняла одну очень важную вещь.

Генри Дилан прекрасный манипулятор.

В том, чем он угрожал – не было ничего сверх опасного. Разве что неприятное и грязное.

Но Генри умело бил по больному. Терзал мое сознание заставляя задуматься над тем действительно ли я полноценна. Возможно, он понимал, что у людей, которые некогда имели такие проблемы со здоровьем, позже могут оставаться сомнения в себе. Хотя бы минимальные.

У меня дыхание перехватывало от того, насколько беспощадно этот ублюдок играл с моим сознанием, заставляя ощутить боль.

И он не просто так назвал меня позором Фоксов. Генри пытался добиться от меня уединения.