Сноха

— Он единственный рад нашей свадьбе, — усмехаюсь я, опуская руку ниже.

— Ольга, не балуйся, — добродушно предупреждает меня Вадим, перехватывая руку, готовую прорваться к напрягшемуся члену.

— Вади-и-им, мы же все равно не уснем, — хнычу я, как маленькая.

— Уговорила, — смеется Косогоров. — У меня завтра две операции, а ты мне покоя не даешь.

— Это ты виноват, — хмыкаю я, усаживаясь на Вадиме. Упираю пятки ему в бедра, а сама тянусь за новой порцией поцелуев. — Что ты там рассказывал о пользе объятий и секса?

— О поцелуях, маленькая, — улыбается он и в один момент переворачивает меня на спину.

Устраивается между моих бедер и ласково шепчет. — У меня с тобой как второе дыхание открылось, Олюшка…

Если разобраться, то этот месяц, который мы живем с Косогоровым как муж и жена, для меня самый счастливый. И пусть с Кириллом наша жизнь напоминала нескончаемый праздник, устроенный на чьих-то слезах. Зато с Вадимом я испытываю полнейшее спокойствие. Я точно знаю, что мы с Робертом под его защитой.

И днем, и ночью. Мне иногда кажется, что он был рядом всегда. Я хорошо помню, когда, выписавшись из больницы, в тот же день укатила в Эдинбург. И всю дорогу думала о Вадиме. Впрочем, и последующие пять лет тоже. Старалась забыть. Проклинала и плакала. Тосковала как дура. А когда увидела в аэропорту, чуть на задницу не приземлилась от удивления.

— Вадим, — шепчу жаркой ночкой. Мой шепот смешивается с хриплыми нотками, а с первым же выпадом переходит в стон. — Вади-и-им, — тяну, любуясь крепким поджарым мужчиной, безраздельно принадлежащим только мне.

— Ты меня доконаешь, Ольга, — смеется он, в изнеможении падая рядом. — Вот как мне завтра оперировать, если целый день не могу ни о чем, кроме тебя, думать? Пациенты уже разбегаются…

— Кто? — хмыкаю я, устраиваясь в колыбели Косогоровских рук.

— Игорь говорит, его Лиза нашла другого врача. Вроде берет дешевле, а оперирует как бог.

— Кто бы ей мозги вправил, — хихикаю я и тут же одергиваю себя. Это мне завтра из угла в угол по дому таскаться.

А Косогорову — оперировать. И как только любимый засыпает, я украдкой как маленькая вытягиваю вперед руку и любуюсь колечком с бриллиантом, подаренным мне Вадимом."

"— Ты выйдешь за меня? — спросил он, доставая из кармана небольшую коробочку цвета мяты. — Ты теперь богатая женщина, Оля. Зачем тебе бедный доктор?

— Я выхожу за тебя по расчету, — усмехаюсь я и, услышав его разочарованное «Да?», начинаю хохотать.