Запрещенная реальность. Том 1

— Я не хочу быть ни бараном, ни пастухом…

— Пастухом хочет быть каждый, — усмехнулся «Ельшин».

— Я не каждый. Да, я живу среди людей, из которых многие мне просто несимпатичны, а иные, по моему мнению, и вовсе не должны жить. И уж совсем мало тех, буквально единицы, кого я уважаю и люблю. И вот ради них я никогда не приму сторону того, кто причинил им зло. Какие бы высокие цели он ни преследовал.

— Зло не бывает абсолютным, мой милый, оно всегда относительно, и стоит лишь посмотреть на него с другой стороны…

— Да плевать я хотел на ваши оценки, генерал… или кто ты там! Одно мне непонятно: почему иерархи мирятся с твоим существованием? Или даже в тех реальностях, где они являются равными среди равных, закон допускает двоякое понимание истины? То есть те же самые два полюса — добро и зло?

— Конечно, нет.

 — «Ельшин» выглянул в окно. — Но борьба есть и там, вернее, не борьба — игра законов. Судьбы личностей в этой игре не имеют особого значения. Что ж, ты выбрал тупик, больше нам не о чем говорить. Вряд ли мы встретимся в какой-нибудь из будущих жизней. Но прежде чем расстаться, я покажу силу, от которой ты отказался. Мой друг, — «Ельшин» тонко улыбнулся, — министр обороны Галкин, дабы перестраховаться, от испуга выслал сюда звено «Черных акул» и звено «Оборотней». Знаешь, о чем речь?

— Волки от испуга скушали друг друга… — Матвей кивнул. — Он что же, собирается высадить десант?

«Черными акулами» называли новейшие военные вертолеты, равных которым не было ни в одной армии мира.

Ракетный залп одного такого вертолета мог уничтожить город с населением в сто тысяч! А каждый «Оборотень» мог нести в своем чреве до батальона десантников.

— Вот они, над лесом, заходят для атаки.

Матвей подошел к окну и в самом деле разглядел около двух десятков низколетящих металлических стрекоз. Одна из них пыхнула дымком, и во дворе вырос веер огня, дыма и земли.

Вертолеты начинали обстрел.

В то же мгновение Матвей пережил еще один внутренний пси-удар и временно оглох, перестал слышать какие-либо звуки.

«Ельшин» причудливым образом превратился в «букет» из полупрозрачных человеческих фигур, увеличился в объеме, заполнив собой чуть ли не всю спальню, одной из множества рук продавил окно, так что оно застыло в форме прозрачного кратера.