Вперед в прошлое 8

Памфилов сам подошел к нам и воскликнул, глядя на милиционера:

— Что за фигня? Что за кипеш ваще?

— Потом. Идите к Наташке, она напротив ступенек.

— Так что было-то? — Памфилов вертел головой, ничего не понимая. — Чего все ломанулись? А орать так чего?

Похоже, налетчики до центральных рядов, где нищеброды торговали овощами, так и не добрались, решили бомбануть более богатых челноков.

— Иди, давай, — скомандовал я. — Натка расскажет.

Снова завыли сирены, и мимо нас побежали медики с носилками. Даже отсюда было видно, что остановились они возле точки кавказца, которого ударили в челюсть.

Больше никто из наших не вышел. Скорее всего, Гаечка и Чабанов воспользовались другим выходом и ждали нас со стороны городской администрации, там, где оптовый стихийный рынок, и стояла наша поставщица Мариам на своем «москвиче».

На милиционере повисла плачущая армянка, которая что-то неразборчиво забормотала на плохом русском. Сосчитав до ста, я покинул пост, увидел наших: Наташку, Минаева и Памфилова. Гаечки с ними не было.

— Кто-нибудь знает, где Саша? — спросил я.

Все замотали головами."

"— Испугалась и домой уехала? — предположила Наташка. — А Чабанов цел?

Прямо к центральному входу подъехала труповозка, с рынка вынесли два тела. Еще троих — из пассажа.

— Пять жмуров, охренеть, — пробормотал Памфилов, ему, видимо, все уже рассказали.

— Ждем Сашу? — скорее велел, чем спросил Минаев. — Вдруг с ней что-то случилось? Я сгоняю гляну…

— Стой! — схватил его за руку я, хотя самому хотелось сделать хоть что-нибудь. — Если останемся на месте, вероятность, что она нас найдет, выше.

Гаечка появилась не из центрального входа, а, пошатываясь и обхватив себя руками, шла со стороны автомобильного въезда. Заметила нас, поправила переброшенный через плечо рюкзак и побежала. Поравнялась с нами и оцепенела.

— Ты как вышла? — спросила Натка. — Через второй вход?

Саша мотнула головой.

— Н-нет, еще один в-выход. Рыбный магазин. Вещи. Там! — Она махнула в сторону автовокзала, на запад. — Д-думала, проскользну. — Саша протяжно всхлипнула, зажмурилась. — Они убили мужчину! Забили насмерть. Он… он… денег не хотел давать. А я лежала на полу. Его били прямо возле меня…

Не сдержавшись, Саша повисла у меня на шее и разревелась, ее трясло. Мы с Наташкой переглянулись.