Воющие псы одиночества

Ну почему, почему так все коряво в ее жизни? Ей пятьдесят шесть лет, она уже старуха, жизнь прожита, за бортом остались двое мужей, к которым она испытывает теплые, дружеские чувства, которые были хорошими, порядочными мужчинами, но которых она по-настоящему не любила, она надеялась, что сможет, но не смогла…

Сына вырастила, он хорошо устроен, живет в Питере, у него свой бизнес, семья, друзья, и мать ему уже не нужна. Это нормально. Это даже хорошо, что Аля ему не нужна, потому что мужчина, который в двадцать пять лет нуждается в матери и цепляется за ее юбку, это как-то… неправильно, одним словом.

Она собралась было с силами, чтобы оторвать себя от стены и подойти к зеркалу. Собственно, именно это она и собиралась сделать с того самого момента, как закрыла дверь за посетителями, и именно на это у нее и не хватало мужества. Но прямо над головой тренькнул дверной звонок. Аля открыла сразу, машинально, даже в глазок не глянула, хотя обычно смотрела.

- Здравствуй, Элла, - сказал он.

- Здравствуй, Наджар, - ответила она.

Она назвала его на восточный манер, смягчая дифтонг «дж» до почти звонкого «ч», отчего следующий звук «а» был больше похож на «я», она хотела показать, что помнит все, каждое его слово, каждую минуту, проведенную вместе. На самом деле она помнила те часы не поминутно - посекундно. Много чего она забыла из того, что происходило в ее жизни потом, и спустя десять лет, и двадцать, даже события прошлого года помнились не вполне отчетливо, с провалами.

- А ты что же, сомневалась? - усмехнулся Назар Захарович. - Почти сорок лет прошло, я, наверное, сильно постарел, да? Так постарел, что ты меня и не узнала.

- Я не знала твоей фамилии, ты мне ее тогда не сказал. Я знала только имя. Но сегодня ты его не назвал. Я боялась смотреть на тебя, поэтому не очень хорошо разглядела. Я боялась понять, что ошибаюсь. А я, Наджар? Я сильно постарела? Ты сразу меня узнал?

- Элка, Элка, - засмеялся он. - Ну что мы стоим в прихожей? Пойдем уже куда-нибудь.

- Куда? - растерялась Аля. - Опять на кухню? Или ко мне в комнату? Там нам никто не помешает.

- Да брось ты эти глупости. Давай надевай плащ или что там у тебя на весенний сезон припасено, и пошли отсюда.

- Куда? - снова повторила она, понимая, что выглядит полной дурой, и чувствуя себя от этого совершенно счастливой. Ну просто абсолютно счастливой. Такой, как почти сорок лет назад.

- Да какая разница? Куда-нибудь.