Война по соседству

А я внимательно смотрел на видео, которое крутилось на экране телефона. Хватило всего мгновения, чтобы понять – у меня в запасе не больше минуты.

— Не так быстро, Лука Ильич! — капитан преградил путь, не позволяя выскочить из фургона. — В любом случае, вы не успеете вернуться в свою квартиру. А вот мои люди уже на лестнице. Ждут моего приказа. И только вам решать, когда я его отдам.

— Сука! — сплюнул я, готовый в любую секунду выбить следаку челюсть.

— Понимаю, что свою жизнь вы не очень цените. Но сколько стоит жизнь вашей Музы, а, Лука Ильич? — вкрадчиво говорил мент и подобрал свой телефон.

На экране ментовского сотового я увидел, как моя Муза пятится назад, а знакомая фигура движется на нее. Я прекрасно видел, кто именно заявился в мой дом сразу же, как только меня арестовали. Медведев уже мчался сюда. Но даже вся моя служба безопасности не успеет добраться так быстро до Музы.

— Одно ваше слово, Лука Ильич, и ваша невеста будет спасена, все обвинения с вас буду сняты, а виновный будет наказан, — заливался соловьем мент.

— И сколько ты хочешь? — прищурился я, глядя в глаза капитану, и стоило ему назвать сумму, выплюнул ему в лицо: — У тебя рожа не треснет от таких бабок?

— У Павла Клинского серьезные отклонения в психике, о которых не знает руководство. Он проживает в коммуналке. А все стены его комнаты увешены фотографиями вашей невесты. Не просто фотографиями, а с явным сексуальным оттенком. Наш психолог считает, что Павел не выпустит вашу невесту живой и нетронутой, — спокойно говорил капитан.

— Отдай приказ! — заорал я.

Следак расплылся в улыбке, вынул рацию и скомандовал группе захвата.

Меня уже никто не удерживал, и я выскочил из машины. Наручники все еще сковывали движения. Но было плевать. Я мчался с парковки, миновал коридор и рванул к лифтам.

Дверцы только начали разъезжаться, а я уже мчался к двери своей квартиры.

Следак не соврал, группа захвата уже работала. Я ориентировался лишь на громкий крик моей Музы. Она прижималась спиной к стене в гостиной, прикрывала голову руками и кричала до хрипа.

— Все, все, маленькая, все хорошо! — уговаривал я ее, пытаясь прижать к себе.

Девчонка открыла глаза и сама бросилась ко мне.