В борьбе обретёшь ты...Часть 1 (СИ)

Утром прямо в главном зале донжона из пахнущих сосновой смолой досок сколотили столы и лавки, женщины снесли скатерти и покрывала со всей крепости, а Маркусов папаша приволок огромную ель и долго ругался, когда выяснилось, что украшать её нечем – в суматохе последних месяцев короб с елочными игрушками где-то затерялся. Леди Флинт стукнула мужа веником, велела не портить светлый праздник сквернословием и принялась трансфигурировать щепки и прочий мусор в ёлочные украшения потрясающей красоты. Драко даже рот приоткрыл – маленькая и невзрачная женщина оказалась настоящей художницей.

Каково ей, бедной, уживаться с троллями? Он вызвался помочь развешивать эти дивные игрушки и на час забыл обо всех своих тревогах.

– Это обязательно нужно зарисовать, мэм. Это же настоящее чудо, – твердил он, а леди Флинт краснела от смущения и удовольствия.

– Да полно, милый, это же ерунда, – сказала она, – только раз в год и пригождается. Моя семья ювелирную лавку до войны держала, вот и помню всякое.

Она вздохнула, смахнула слёзы и принялась распекать домовиков, бестолково расставивших столы.

Пир открыл лорд Нотт, он был весел и немногословен – поздравил всех с Рождеством, поблагодарил за помощь в восстановлении мэнора и пообещал свою защиту каждому, кто пожелает укрыться в мэноре, «если опять случится какая заваруха». По всему выходило, что древняя крепость действительно готовилась к осаде, но Драко не хотелось пока об этом думать.

Столы ломились от угощений, музыка играла беспрерывно, все сидели вперемешку – бойцы и арендаторы, мастера и работники.

Потом начались танцы, и Драко с изумлённым восхищением смотрел на маму. Оживлённая, разрумянившаяся, она весело хохотала, когда лорд Нотт кружил её в кадрили. Затем был потрясающий по красоте фейерверк, а Драко восторгался не столько огненными цветами в ночном небе, сколько невероятной магической мощью маминого возлюбленного.

В конце концов, из толпы его выдернул Теодор, продемонстрировал корзину с бутылкой вина и чем-то съестным и махнул рукой в сторону одной из башен.

Драко подумал и согласно кивнул – поговорить стоило.

Красное вино, кислое и терпкое одновременно, Драко не понравилось. Зато сразу стало понятно, почему папа подолгу цедил каждый глоток – выпить такую пакость залпом и впрямь было непросто. Нотт тоже морщился и бурчал, что умнее было попросту набрать из бочки эля: «Только ты же у нас, Малфой, весь из себя утончённый».