Уитни, любимая

Уитни, парализованная паникой, молча смотрела, как Клейтон бросился на один из диванов, стоявших на другом конце комнаты. Шло время, а он по-прежнему сидел, неподвижный, напряженный, глядя на Уитни, словно на некое странное, пойманное в силки животное, редкое и уродливое, отвратительное на вид, коварное и подлое.

Наконец молчание было прервано резким приказом Клейтона, брошенным холодным, незнакомым голосом:

– Подойди сюда, Уитни.

Девушка нервно дернулась и, покачав головой, отползла спиной вперед к подушкам, в отчаянии оглядываясь на окна.

Сможет ли она добежать и спрыгнуть вниз, прежде чем он перехватит ее?

– Можешь попытаться, – заметил Клейтон. – Но поверь, ничего не выйдет.

Уитни всхлипнула от страха, но тут же гордо выпрямилась, борясь с истерикой, угрожавшей одолеть ее.

– Насчет Пола…

– Попробуй упомянуть его имя хотя бы раз, – вскинулся Клейтон, – и, помоги мне Боже, я убью тебя! – И тут же, овладев собой, стал пугающе вежливым: – Можешь получить Севарина, если он все еще захочет иметь с тобой дело.

Но это мы обсудим позже. Ну а теперь, любовь моя, выбирай: либо подойдешь ко мне без посторонней помощи и по своей воле, либо я помогу, но в таком случае, боюсь, у тебя будет много неприятностей. – Клейтон поднял темные брови, давая ей время решить. – Ну? – угрожающе осведомился он, приподнимаясь.

Чтобы не унизить себя до просьб и мольбы, не доставить ему удовольствия видеть, как она покорна, Уитни молча поднялась с постели. Она пыталась держать голову высоко, выглядеть гордой и презрительно-насмешливой, но колени подгибались.

Девушка остановилась в двух шагах от Клейтона. Она стояла как вкопанная, глядя на него полными слез глазами. Клейтон одним прыжком оказался рядом.

– Повернись! – рявкнул он и, прежде чем Уитни успела запротестовать, поймал ее за плечи, развернул спиной к себе и бешеным рывком располосовал платье.

Резкий звук рвущейся ткани погребальным звоном отозвался в ушах Уитни, а обтянутые атласом пуговки разлетелись по комнате. Снова повернув ее к себе лицом, Клейтон злобно улыбнулся:

– Ничего! И это платье куплено на мои деньги!

Усевшись в кресло, он вытянул длинные ноги, и несколько минут бесстрастно наблюдал за неуклюжими попытками Уитни прижать лоскутки скользкого атласа к груди.

– Опусти руки! – скомандовал он.

Корсаж выскользнул из пальцев девушки, и Клейтон не моргнув глазом продолжал смотреть, как тонкая кремовая материя, скользнув по бедрам, светлой горкой упала к ногам Уитни.

– А остальное? – бросил он коротко.