Ты станешь моей

Если бы не новость о беременности, я бы устроил тут цирк-шапито, выступив в главной роли озверевшего медведя.

Наши откровения прервал настойчивый стук в дверь. Это явился врач, а за ним следом — напуганные мать с сестрой. Доктор тщательно осмотрел Нику. Измерил давление, пульс. Собрал анамнез и порекомендовал нам хорошую клинику, где мы бы могли в будущем встать на учёт по беременности.

А так всё хорошо. Ники категорически запрещено нервничать. Именно поэтому я сам бросился собирать чемоданы. Мама встрепенулась, когда увидела мои явные намерения и угрюмое выражение лица.

— Ой, ну мы же не знали! Прости, сын, прости. Оставайтесь, я обещаю, что исправлюсь, — суетливо бегала она вокруг меня, размахивая руками.

Поздно. Я своих решений не меняю. В этом плане я тверд, как кирпич. Мать и Ямина больше ни единого косого взгляда не бросили в сторону Вероники, как только я известил их о грандиозной новости. Испугались. Ведь именно из-за них Нике стало плохо. Я бы им никогда не простил, если бы с ней случилось что-то дурное.

После моего скандала они обе ходили по струнке. Улыбались, стали более гостеприимны, пытались поддержать с ней диалог, едва ли не каждый час расспрашивали о самочувствии, угощали разными вкусностями, подарили ей традиционный хиджаб.

В общем, изменились прямо на глазах. Удивительно. Да потому что зверя разбудили! Который внутри меня более-менее угомонился. Фиду я больше не видел у нас в гостях. Она поняла мои намерения. Ясно и чётко. Беременность Ники укрепила этот факт.

* * *Вероника немного отошла от эмоций, её самочувствие значительно улучшилось, даже аппетит появился.

Но, к моему огорчению, у неё начался легкий токсикоз. Ещё несколько дней мы погостили у матери с сестрой, а после я увёз Нику в Маскат. Хотел ей глаза ленточкой завязать для пущего эффекта сюрприза, но дорога оказалась длинной. Наконец-то крошка увидит мой подарок.

Я притормаживаю на обочине, всё-таки завязываю ей глаза. Газую, въезжая в закрытый район с вереницей роскошных коттеджей. А вот и наш дом.

Белоснежный оазис, окруженный пышными пальмами на лазурном берегу Оманского залива. Я беру Нику за руку и веду крошку в дом.

— Осторожно, ступеньки, — шепчу сладко в ушко, но для её же безопасности ловко подхватываю девушку на руки и теперь уже на руках несу свою бесценную ношу в наше укромное гнёздышко.

Она охает и хихикает, теснее обвивая ручками мою шею. Я ставлю любимую на ноги посреди изумительного сада, стягиваю с неё ленту и с нетерпением жду реакции.