Твоя

Он содержал женщин, они давали ему секс, возможность выплеснуть энергию и адреналин помимо кабинета и тренажерки.

С Аней всё иначе. Она душу ему выворачивала. Подпускала, нежно улыбаясь, и тотчас говорила, что не видит в нем защитника. Руки непроизвольно дернулись в стремлении сжать в кулаки. Его задело. Сильно. Он уже понял, что Аня как одинокий цветок, её колышет на ветру, пригибает к земле. А её стремление найти опору в жизни пробуждало в нем инстинкт защитника.

Может быть, даже больше…

Семьянина?

Уже второй раз за день он думал про семью.

Про брак.

И она в своё время пришла к нему именно с этим предложением, которое он высмеивал не раз. Потому что никто никогда из его знакомых даже не заикалась про женитьбу. Дамир не допускал подобных мыслей у любовниц, сразу же проясняя отношения.

А какие у него отношения с девочкой-Аней?

Аня ножки поджала ещё сильнее, отчего халат задрался выше. Оголилась лишь часть бедра, а у Дамира во рту образовалась Сахара. Почему, черт побери, он так остро реагирует на эту девочку? В их век, где обнаженка встречалась на каждом шагу, и мужчина при деньгах мог за свои кровные осуществить практически любое желание.

Почему практически? Любое. Сейчас по всему миру открывали разного рода специфические клубы, где всё продавалось и покупалось.

Но Аня… Это отдельный сорт наркоты. Раз попробовав, с неё не слезешь.

И желание, главное, такого нет.

Дамир, по-прежнему ничего не говоря, выдвинулся в её сторону.

Он слышал её дыхание. Тяжелое, глубокое. Она волновалась и пыталась обуздать собственные эмоции.

"

"– Я хочу расставить точки над «i», – начала Аня говорить, и Дамир поймал себя на том, что и её голос ему очень нравится.

Нежный. Красивый. Не раздражающий. Немного грустный, но решительный.

Для него она оказалась совершенной во всем. И он впитывал собственные эмоции, кайфуя от происходящего.

– Нет, Аня, – не менее решительно ответил он, стараясь избежать давящих ноток.

– Нет?

Девочка подалась вперед, заерзала, занервничала.

– Никаких больше условий.

Хватит. Ты девушка. Я мужчина, желающий тебя до чертиков, до зудящей ломоты в яйцах. Как только мы с тобой пытаемся о чем-то договориться, выдвигая друг другу нелепые условия и предложения, все летит к чертям собачьим. Не сегодня ночью, девочка-Аня. Сегодня ночью ты станешь моей. И ты, и я, мы оба знаем, что так будет. Ты приняла приглашение полететь на острова. Ты сидишь в кресле и ждешь меня. Нужны ещё какие-то слова?

АНЯ

– Наверное, нет.

Она капитулировала.