Сын своего отца

Слава не могла знать, отчего её трусики настолько мокрые – от воды в бассейне, или от желания, что огненной лавой распространялось по бедрам.

От соприкосновения с членом, пусть и через ткань, Славу повело. Нестерпимо захотелось чего-то большего. Она заерзала бедрами, не в силах лежать без движения. Выгнулась, потянулась к Ивану, крепко обнимая его за торс, скользя руками вверх и вниз по его спине.

Потом к ягодицам и одной рукой задела плавки. Не утерпела. Мышцы живота Ивана сократились, сам мужчина зашипел и выдохнул:

– Ниже! – сначала рыкнул и сразу же, застонав, добавил: – Если хочешь…

– Хочу, – вторила она ему, облизывая припухшие от его поцелуев губы, и окончательно осмелела.

Её рука сначала прошлась по члену через плавки, чуть сжала ствол, а потом нырнула и за резинку. Первое, отчего кайфанула Слава, исследуя мужское тело, паховые волосы. Такие приятные на ощупь… Потом она дотронулась до члена и сама себе напомнила кошку, потому что едва ли не заурчала от нахлынувшей новой волны удовольствия.

Тело Ивана напряглось, Слава и это чувствовала.

Слава задвигала рукой. Черт… Ей и это понравилось…

– Сними… С нас обоих, – она не поняла, как озвучила мысли вслух.

Вот тогда Коваль натурально зарычал, как зверь, дорвавшийся до желанной добычи. Он действовал быстро. Сначала сорвал плавки с себя и отшвырнул в сторону. Потом принялся за неё. Со Славой он действовал осторожно. Она приподняла бедра, облегчая ему задачу.

Всё. Она тоже обнаженная…

Для него…

Слава откинулась на спину. Замерла в ожидании. На Ивана больше не смотрела. Почему-то смотрела на свою грудь с острыми сосками, которая ритмично опускалась и поднималась.

На этот раз ноги Славы разводил Иван. Он положил ладони на её колени и настойчиво, никуда не спеша начал их раздвигать.

Слава сразу поняла, с какой целью. Чтобы увидеть её там. Ей бы застыдиться, лицо прикрыть, но ничего подобного Слава не стала делать. Ей хотелось видеть, как он её рассматривает.

Он её и рассматривал. Жадно. Ноздри у мужчины затрепетали, желваки на скулах заходили.

Иван склонил голову и сначала поцеловал её колено. Потом внутреннюю часть бедра. Слава замерла в ожидании, зажмурила глаза, заскребла ногтями, сминая простынь. Глаза распахнула сразу же. Видеть темноволосую голову Ивана между раскинутых девичьих бедер – особый вид наслаждения."

"Коваль добрался и до её лона. Поцеловал, лизнул и пошел выше.