Сын своего отца

Его лицо было близко, Слава чувствовала горячее дыхание на щеке.

Никогда ранее девушка не испытывала ничего подобного – вода, довольно теплая, казалась прохладной, зато тело Ивана обжигало. Или она сама пылала, и тело Вани ни при чем?

Он не спрашивал. Он утверждал.

Но всё равно ждал её подтверждения.

Слава, не размыкая губ, сильнее вцепившись в мокрые плечи Вани, повторила слово в слово:

– Не здесь.

Он не повел Славу в её каюту.

Предпочел свою территорию.

Как только они вышли из бассейна, он подхватил девушку на руки.

– Помни, ты всегда можешь сказать «нет». В любую минуту.

Слава удивилась и, чтобы скрыть собственную реакцию, поспешила спрятать лицо на мужской груди.

Девушка решилась… Она сама хотела… Стыдно? Горячо? Немного страшно? Да. Несомненно. Но бороться с собой не было смысла. Да и глупо избегать того, о чем думаешь, мечтаешь всю последнюю неделю.

Последние слова покорили Славу. У неё ни на секунду не возникло сомнения, что если что-то пойдет не так, она чего-то испугается – напора, страсти, – если ей почудятся в действиях Ивана агрессивные нотки и она захочет прекратить, он остановится.

Вопрос в другом: захочет ли она остановиться…

Тепло его кожи согревало и будоражило. Рецепторы Славы остро реагировали на близость Ивана. Соски давно напряглись, живот девушка сама втягивала, чтобы как-то унять тугую тяжесть внизу.

Прохладное покрывало, на которое опустил её Иван, дало секундное облегчение.

Некоторое время Иван ничего не делал. Слава прикрыла глаза, немного откинув голову назад. Сердце билось где-то в горле. Кожа горела.

– Открой глазки, Веснушка. Мне важно видеть тебя.

Его голос проникал под кожу, оседал на душе. Слава не могла не проникнуться его просьбой. Лицо Ивана оказалось ближе, чем она запомнила. В каюте царил полумрак.

Слава вглядывалась в серьезное лицо Ивана. Тот по-прежнему чего-то ждал, точно давал ей время на раздумье. На то, чтобы тормознуть его до того, как они перейдут черту, за которой остановиться будет сложнее.

Иван навис над ней сбоку. Его бедра прижимались к её ноге, и Слава чувствовала эрегированный член. Их тела разделяли три полоски ткани – его плавки и её бикини.

Вопреки своему же желанию смотреть на неё, мужчина прикрыл глаза, и с его губ сорвался надсадный стон."

"– Я могу ещё подождать… – глухо сказал он.