Скалка

— Зачем? Мне осталось побыть здесь месяц, максимум полтора. Да если бы я и не уезжала, никому ничего доказывать не буду.

— Но тебя считают… — Запинаюсь, потому что неловко произносить вслух те слова, которыми называли Вику парни после отчисления Нефедова.

— Сукой и мразью, которая ради оценок жизнь поломала хорошему парню? — бесстрастно произносит Туева ровно то, что сейчас вертится в моей голове. — И что?

— Как что?! Тебе….

— Учиться мне никто не мешает, — медленно, как ребенку начинает объяснять Вика, — подстав нет, ну игнорируют, пытаются иногда потроллить.

Пытались незаметно выжить из комнаты, ну так плевать. Мне жить где-то надо. К тому же все прекратилось, когда… Морозов объявился.

— А… ну не знаю… имидж, репутация?..

— Здесь нет людей, чье мнение мне важно, Тамара. Пойдем, скоро пара закончится, сюда толпы вот-вот набегут.

Голова реально пухнет от мыслей. Столько всего произошло сегодня. Сначала признание Зайцевой, которое, наверное, вбило последний гвоздь в гроб наших отношений. Такое не забывается.

Потом Вика с ее утверждением, что не она тогда сдала всю группу. Что, скорее всего, это была Дятлова. Похоже, я и правда тупая блондинка, до которой сразу ничего не доходит. Тогда почему Ярослав со мной, выбрал меня? Хотя к его услугам половина женского состава универа, включая преподш.

И еще слова Вики, что ей плевать, что о ней думают и говорят за спиной. Так не бывает. Все переживают о том, как выглядят в глазах других…

— Скалкина! Останьтесь. — После пары сухой, будто потрескавшийся от простуды голос Синяева вытаскивает меня из мыслей, в которых я уже начала тонуть.

 — По поводу вашей последней работы.

С трудом припоминаю, если честно, о чем он говорит. Кажется, недели полторы назад, когда с Ярославом поругались из-за Марата и этой фифы Оксаны, мы сдавали реферат по логике. Я ее у кого-то просто сдернула, даже не вдумываясь в суть.

— А что с ней? — Невинно улыбаюсь, хотя прекрасно понимаю, что с «чистильщиком» такие фокусы не пройдут.

— Переделать! — Бросает ее на свой стол.

Хоть и стою в метре от Синяева, прекрасно вижу, что листы безбожно изрисованы его корявым почерком. — Через два дня принесете мне на кафедру. Иначе к экзамену не допущу. Идите.

Вот же сволочь! Только этого не хватало! Сессия и правда скоро начинается… Но вот мне совсем не до экзаменов. Хожу на пары, скорее, на автомате и потому, что гад на них гонит. Да и маме по-прежнему нужен мой диплом.

— Тома, Тамара! — В коридоре стоит Дятлова.