Ребенок от магната, или Цена запретной страсти

Мужики уже по ночам ищут ее. Родила блядину на свою голову!

— Как? Когда? Кто меня искал? — прошептала помертвевшими губами.

— Тебе лучше знать, с кем путаешься. Приезжали на машине. Срам-то какой! Отца не стало — по рукам пошла? Совсем совесть потеряла. Так вот знай: на хуй их послала и ты выметайся! Чтобы духа твоего здесь больше не было! Мне дочь-проститутка не нужна!

— Мама, подожди! — попыталась унять ее.

Такие обвинения — не впервой. Обычно она сыпала ими в мой адрес, когда с похмелья не могла найти денег на очередную бутылку.

— Это ты рылась в моей комнате?

— А что мне оставалось делать, если родная дочь матери копейки не дает? Смерти моей ждешь? Голодом заморить мечтаешь?

Заткнуть уши и бежать. Сколько бы раз ни повторялось подобное, привыкнуть у меня не получалось.

В памяти до сих пор сохранились воспоминания, когда отец был жив и мы были счастливы.

А сейчас каждый ее запой сопровождается такими истериками. Любое слово в свое оправдание будет воспринято как доказательство ее правоты. Опять и снова! И бесполезно пытаться достучаться.

Оттолкнула ее с дороги, заглянув на кухню. В холодильнике еды хватает. Крупы тоже в достатке куплены.

— Никто о матери не думает. А я на вас жизнь положила, ночами не спала!

— Кто меня искал? — не слушая ее причитаний, переспросила снова.

— Мужик какой-то. Незнакомый. Спрашивал, возвращалась ли ты домой.

— Когда это было? Он еще что-нибудь передавал? Говорил?

— Ночью приперся. Я не смотрела на часы. И о чем мне с ним разговаривать? Послала я его на хуй прямым текстом. Так и сказала!

— Ну и правильно, — огрызнулась нервно, вызвав у матери немое удивление.

Обогнула ее, вернувшись в комнату. Достала спортивную сумку, покидала туда необходимые вещи. Свои и Сережкины. И ушла, хлопнув дверью, слыша, как матерится сзади родительница.

Искать меня никто не должен был. Тем более ночью.

Значит, я не ошиблась, опознав злополучную машину у нас в поселке. И успела проскользнуть у них перед носом.

Дошла быстрым шагом до машины, закинула сумку на заднее сиденье, оглядываясь. А после всю дорогу до бабушкиного дома бросала тревожные взгляды в зеркало заднего вида. Но вроде бы на хвосте никого не было."

"И опять выходило, что Артур был прав. Мать они не тронули. А вот меня ищут.