Ребенок от магната, или Цена запретной страсти

Я почувствовала себя полной дурой. Действительно. Что, собственно, я могла ему предъявить? И из-за чего меня так повело? Или это… ревность?

— Завари лапшу. Овсянку с детства терпеть не могу.

Он присел на край стула, слегка поморщившись. Видимо, действие обезболивающего закончилось.

— Я смотрела объявления в интернете. Тебе же однокомнатная квартира сроком на месяц нужна? — перевела тему, пытаясь избавиться от неприятных мыслей, которые теперь не желали отпускать, кружили в голове роем злых пчел.

— Разве мы не забираем с собой твоего брата? Однушки нам будет мало.

— Я не…

— Злата? — На пороге показался сонный Сережа.

Мы замолчали, ожидая дальнейшую реакцию ребенка.

Он посмотрел в сторону мужчины оценивающим взглядом. Не как на гостя, а скорее как на соперника.

Я никогда не приводила в дом парней. Да и не было их у меня. А с приятелями я настолько близко не общалась.

— Доброе утро! Проснулся?

Братишка босыми ступнями прошлепал до свободного стула, забрался на него напротив Артура и уставился с интересом на незнакомого человека в доме.

— Привет! — не растерялся мужчина, протягивая ладонь. — Меня Артур зовут.

Брат несмело пожал протянутую руку и снова принялся изучать собеседника.

— Сережа, поздоровайся! — напомнила о правилах приличия.

— Ты — парень Златы? — вдруг огорошил он, выдав абсолютно взрослую реакцию.

Артур ласково улыбнулся. Так, что мелкие морщинки собрались вокруг глаз, делая бледное изможденное лицо приветливей и гораздо привлекательней.

— У тебя очень красивая сестра. Я бы хотел стать ее парнем, но пока мы просто друзья.

Сережа продолжал сверлить мужчину пристальным взглядом. Я никогда раньше не замечала за ним подобной реакции. А сейчас брат словно оценивал незнакомца, решая про себя, стоит ли ему верить.

— Только если ты пообещаешь ее защищать. И не будешь обижать.

— Обещаю! По рукам? — сразу же согласился Артур, отпуская внутреннее напряжение. — А ты что будешь на завтрак: доширак или овсянку? Мы не успели ничего нормального купить.

— Овсянка — фу! Я дошик буду! — обрадовался братишка.

— Значит, мне овсянку, — обернулись ко мне две довольные физиономии.

— Ты же терпеть не можешь овсянку? — съязвила, не удержавшись.

Уж слишком быстро Артур находит общий язык с Сережей, несмотря на то, что последний вначале совсем недружелюбно смотрел на гостя. И я прекрасно видела, что далеко не лапша стала причиной столь быстрого расположения.