Ребенок от брата жениха

Заставляет кровь быстрее бежать по венам, кружит голову, разливает по телу тепло. Моя грудь теперь соприкасается с его стальными мышцами, которые ходят ходуном. Я должна отпрянуть, пристыдить хозяина клуба. Но мои пальцы впутываются в жесткие волосы на его затылке. Губы охватывают мощную нижнюю губу. Целую его, пропуская легкие стоны.

— А ты горячая штучка, Матвеева, — мужчина отстраняется, мы глотаем кислород, — кстати, отличная фамилия, даже жалко будет ее менять. Хотя новая будет звучать лучше.

Качаю головой.

— От скромности вы не умрете, господин Адмиралов.

Красивые губы трогает улыбка.

— Я собираюсь умереть старым и богатым. Очень старым. И очень богатым.

Смеется. Я тоже вроде бы подхватываю, но по телу проносится дрожь. Как-то остро я начала все воспринимать. Обнимаю любимого за талию, прижимаюсь щекой к его телу.

— Давай сменим тему. Сюда приходила Агата.

Матвей гладит меня по спине.

— Наговорила тебе чего?

Мотаю головой.

— Нет, скорее я ей. Сказала, что не еду с Ваней, и… что ты отец Златы.

Чувствую, как мужчина пожимает плечами.

— Нормально, пусть все узнают правду. Какая была реакция у Солодовниковой?

Хмурю лоб.

— По-моему, ее заинтересовало, что Ваня теперь свободен.

Матвей молчит пару секунд. Начинает хохотать.

— В этом вся Агата. Всегда была целеустремленной.

Уголки моих губ тоже приподнимаются. Мне плевать на образ жизни Солодовниковой, в желании выйти замуж нет ничего криминального. Но мне приятно, что Матвей не стал на меня ругаться.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Матвей, тем временем, выпускает меня из объятий, отходит к окну.

— Мне позвонили, есть покупатели на особняк отца.

Обнимаю себя руками.

— Серьезные?

Мужчина выдыхает.

— Там две семьи. Вполне возможно, одна из них созреет на сделку. И еще Кононов звонил, спрашивал, когда мы привезем Злату.

Матвей быстро переводит тему, но я не сразу могу собраться. Бормочу ответ.

— Да, найду окно в работе…

Адмиралов поворачивается.

— Я и сам могу свозить.

Он снова подставляет плечо. Вернее, для него это не помощь, а обычное решение. Матвей окончательно вошел в роль полноценного родителя. Это классно, но в моей голове сейчас крутится другое. Он продаст особняк… Впереди очень важные перемены в нашей жизни.