Развод. Вторая жизнь для попаданки (СИ)

Его голос, наполненный уважением и силой, звучал над всей крепостью.

— Сегодня мы чествуем не просто героя, — говорил он. — Сегодня мы чествуем того, кто спас не только крепость, но и веру в то, что человек способен быть больше, чем он есть. Кто сдержал натиск, когда всё указывало на падение. Кто встал щитом — не из приказа, а из верности. Кто доказал, что честь — не слово, а дело. Генерал Торн Равенхольт — имя, что будет вписано в летопись как символ несгибаемой воли.

Воины аплодировали. Я тоже, затаив дыхание.

Борис вышел вперёд. Император вручил ему награду и сам повесил на грудь. Взгляд мужа сразу же нашёл меня. Я даже не успела вздохнуть, как он шагнул вниз с помоста и пошёл прямо ко мне.

— Торн?.. — прошептала я.

Он молча снял награду. Отстегнул её от груди — и прикрепил на мой китель. У всех на глазах.

— За то, что осталась со мной, — тихо, но отчётливо сказал он. — За то, что всегда рядом. В любой жизни.

Я растерялась. Руки дрожали. А потом я заплакала. От той гордости, что распирала грудь. От нежности. От любви.

Награждение героев продолжалось до самой ночи.

Всё было сделано в один день не зря. Кое-что оставалось незавершённым. И именно потому, как только последние награды были вручены, речи сказаны, а залитая огнями крепость погрузилась в тёплый вечерний гул — император и мой генерал покинули площадь.

Они удалились в кабинет. Я даже не смогла дождаться Бориса. Так и уснула в его спальне.

Потом я узнала, что они решали, как быть с прорытым туннелем, который наверняка соединял горы кочевников и наши земли.

И все же решили завалить «коридоры» и за долгие годы впервые отправиться в горы на разведку, чтобы понаблюдать за кочевниками. Так был организован патруль из тридцати воинов.

И, конечно же, едва ли без моего генерала могло обойтись.

Кроме того, император тоже отправился туда.

Провожать мужа в очередную миссию было так… привычно.

Я стояла на крепостной стене и смотрела вдаль. В то время как другие воины проверяли по приказу генералу ловушки вокруг форта.

Вместо первой брачной ночи, которая вроде бы должна была быть у нас, я снова смотрела вдаль — на то, как воины на лошадях выдвинулись в путь.

Смотрела на непривычно белоснежные волосы, которыми стали волосы моего супруга после последней битвы.