Рандеву с «Варягом». Петербургский рубеж. Мир царя Михаила

Поскольку такого безобразия, какое вы нам только что показали, надобно будет избегать всеми силами, – меня еще раз передернуло, – то я, как лицо, облеченное доверием государя, должен буду отправить ему телеграмму о сегодняшней встрече с вами со всеми подробностями. Решать, что делать, конечно, его величеству, но, поверьте, мнение любого из нас может оказать большое влияние на его решения.

– Знаю, ваше императорское высочество, – кивнула мне полковник Антонова, – если его величество император Николай Второй кому и доверяет, то вам четверым, пожалуй, больше, чем другим.

– Уважаемая Нина Викторовна, – кивнул я в ответ, внутренне усмехнувшись, – чтобы вы не ломали голову над нашим титулованием, давайте в дальнейшем, по крайней мере с глазу на глаз, обойдемся без чинов и титулов. Так нам и вам будет проще.

Сказал, а сам подумал: «Вот уж для меня лично сословные различия не были никогда барьером для деловых отношений. Да и стоит ли нам, Романовым, зазнаваться после всего увиденного – не знаю».

Михаил к таким вещам тоже равнодушен, а Ольгу высший свет и вовсе почитает чуть ли не юродивой, за то, что в своем имении нянчится с крестьянскими ребятишками и учит их грамоте.

Так, госпожа Антонова внимательно посмотрела в мою сторону, после чего участливо так спросила:

– Александр Михайлович, с чего мы с вами начнем?

– С самого начала, – вырвалось у меня.

– Ах, вы об этом? – усмехнулась она. – Даже мы, с нашим опытом, не можем точно сказать о той России, которую можно было бы назвать идеальной. Как сказал поэт Федор Тютчев: «Умом Россию не понять…» Скажу только, что принцип правления должен быть монархическим. – Я с облегчением вздохнул про себя.

– Безусловно, сильная централизованная вертикально-интегрированная власть необходима для управления такой огромной страной и поддержания высоких темпов ее развития. Пример сталинского СССР вам в помощь. Ведь какую функцию в нашей стране выполнял этот человек? При всем своем происхождении и воспитании он был, как ни крути, кем-то вроде монарха, пусть и красного. При этом как личность этот великий человек своей функции полностью соответствовал.