Разоблаченный любовник

«Моя», — раздался голос в его голове.

Он попытался отделаться от слова, но оно становилось лишь громче. С каждым вдохом одно слово повторялось в его голове, пока не стало неконтролируемым как сердечный ритм. Источником его жизни. Очагом его души.

Застонав, он сел, но потерял равновесие и почти свалился на пол. Удержавшись, он посмотрел вниз, на свои руки. Что за… нет, что-то не так. Это были не его руки или… черт, и не его ноги. Его бедра были огромными.

«Это не я», — подумал он.

«Моя», — снова раздался голос.

"Он огляделся. Боже, все в комнате казалось совершенно прозрачным, будто его глаза стали вытертыми дочиста окнами. И его уши… он посмотрел вверх на лампы дневного света. Он слышал, как электричество бежит по проводам.

«Моя».

Он снова сделал вдох. Марисса. Это был запах Мариссы. Она находилась близко…

Его рот раскрылся сам по себе, и Бутч ритмично заурчал, простонав в конце слово «моя».

Его сердце гулко забилось от осознания, что контрольный центр его мозга оказался в плену.

«Моя!»

Он посмотрел на свои бедра, и до него дошло, что происходит в сейчас-слишком-маленьких боксерах. Его член вырос вместе с его телом, выпрыгивая из растянутого хлопка. Когда Бутч посмотрел на него, плоть вздрогнула, будто пытаясь привлечь внимание.

О… Боже. Его тело хотело соединиться.

Он произнес ее имя, и Марисса тут же появилась в дверном проеме.

— Бутч?

Без предупреждения он, словно торпеда, нацелил свое тело на нее, ринувшись через комнату. Он повалил ее на пол и яростно поцеловал. Забравшись на нее, он ухватился за переднюю часть ее брюк и расстегнул замок. С хрипом и напряжением он стянул штаны с гладких ног, грубо их раздвинул, погрузившись лицом в ее сердцевину.

Словно больной раздвоением личности, он наблюдал за своими действиями со стороны, смотрел, как руки задрали ее футболку и захватили груди, пока он ласкал ее.

В этом водовороте он простонал:

— Прости… о Боже… Я не могу остановиться…

Она обхватила его лицо… и полностью успокоила.