Право первой ночи. Жар трёх сердец

— Поверь, я сама не хочу, чтобы моё подозрение сбылось! Но недавно я заподозрила, что у стен замка стоит войско, и это оказалось правдой. Сейчас у меня такое же ощущение. Позволь мне проверить и убедиться, что нам ничего не угрожает.

— Нам, — с улыбкой повторяет Леорас и целует мою руку. — Мне нравится это слышать.

Я молчу в ответ, не желая разбивать его надежду на взаимность. Пока этот мужчина для меня — лишь защита для моих подданных. Всё, что живёт в моём сердце, это благодарность за то, что Леорас не позволил воинам насладиться кровавыми дарами войны.

Как бы я ни пыталась казаться сильной, понимаю — без поддержки этих людей мы снова проиграем. И у меня уже не будет преимущества в невинности. Я не трофей, а обычная добыча. Даже если всё ещё не провела ночь с мужчиной, я замужняя принцесса. Но ещё не королева. Меня попросту убьют… Но сначала сделают то, после чего я и сама буду мечтать о смерти. И никто не спасёт алианорийцев, наше государство просто перестанет существовать — растворится в Огненном королевстве.

— Огонь не способен создавать иллюзий, — пытается образумить меня он. — Ты и сама это знаешь. Даже среди ледяных магов немного мастеров такой силы. Кроме Эдхара, я не встречал никого.

— Хочу выйти и убедиться, — заявляю, глядя на мужа.

Кроме подозрений есть ещё кое-что, что манит меня за стены. Мой сон и приказ ваннора не делать того, что я так жажду. Не задумываюсь, что сильнее гонит меня за стены: мои подозрения или желание поступить наперекор Эдхару.

— Нет. — Лицо мужа каменеет. — Если ты права, это опасно. Можешь подняться на стену.

— Только прикоснувшись к магии, я смогу её развеять, — настаиваю я и сжимаю его ладонь. — Мы будем знать правду.

— На что мне правда без тебя? — обнимает он меня.

— Я не так беззащитна, как ты думаешь, — шепчу, прижимаясь щекой к его груди. — Мне надо выйти, Леорас! Или я сойду с ума от нарастающего волнения.

— Хорошо, — целует он меня в висок. — Только для твоего спокойствия.

Приказывает всем воинам, которые находятся во дворе, сопровождать нас.

Вот только сердце моё стучит так сильно и неровно, будто внутри меня заключена, как в клетку, свободолюбивая птаха, которая лучше разобьётся насмерть, чем смирится с пленом. Так же было в ночь, когда я повстречала ваннора.

Нет.