Право первой ночи. Жар трёх сердец

— Выходит… — Я прижимаю ладони к груди, из которой вот-вот вырвется сердце. — Мой безрассудный поступок, который спровоцировал врага, спас Алианор? Свободы мои подданные всё равно лишились, но я удержала за хвостик призрачную её тень.

— Приняв руку Леораса, — кивает жрица и порывисто обнимает меня. — Он второй сын короля и вправе надеть корону Алианора…

— Если успеет, — холодею я и в ужасе кидаюсь к двери.

— Искорка, ты куда?

Не теряя времени на объяснения, я подхватываю юбки и бегу по коридору.

Глава 8

Во дворе царит суета, снуют туда-сюда слуги. Приводя замок в порядок, они боязливо поглядывают на чистящих оружие воинов. У стены двое обнажённых по пояс мужчин сражаются на мечах, но видно, что это не настоящая схватка. Когда я пробегаю мимо них, один выпрямляется и зовёт:

— Принцесса Имари! Не меня ищете?

Узнаю грубый голос Шеспиана и, останавливаясь, поворачиваюсь к нему.

— Нет, — осаживаю наглеца.

— Я передам ему, — ухмыляется он и, поигрывая мускулами на груди, подмигивает. — Вам лучше подождать его в покоях, как и полагается молодой жене. Скоро он придёт и…

— Хорошо, что в ваших руках оружие, — громко перебиваю я его намёки, — но добавьте и доспехи. Замок скоро будет атакован.

— Атакован? — смеётся он и переглядывается с воинами. — Кем? Мы уже внутри!"

"— Спросите королевского гонца, — цежу слова. — Почему ваннор поспешил покинуть замок? Вспомните о пленниках, которые сбежали у вас из-под носа, и, может, догадаетесь!

— Таин, — негромко приказывает один из воинов стоящему рядом пареньку, — найди Леораса.

— Не трать силы, Гувил, — сердится Шеспиан и саркастично косится на меня. — Принцесса пытается обмануть нас и сбежать, пока в замке нет Эдхара.

— Я не предам алианорийцев! — в ярости цежу я. Прищуриваюсь. — Если вы боитесь сражаться, то лучше сразу бегите, как наместник.

— Что-о? — ревет мужчина и делает шаг, но между нами встаёт Леорас.

— Перед тобой моя жена и будущая королева, — тихо, но с металлом в голосе твердит он воину. — Она приказывает, ты подчиняешься… Или лишаешься головы.

— Слушаюсь, — едва не скрипя зубами от злости, неохотно склоняет он голову.

— За стенами никого! — раздаётся сверху.

Шеспиан, ухмыляясь, смотрит на меня исподлобья. Я оборачиваюсь к мужу и беру его за руку.