Под боссом

Послушно пискнуть «поняла» и тем самым окончательно разрушить мой потрепанный имидж стервы я, к счастью, не успеваю, потому что сэти секунды достигаю кульминации нашего мебельного разврата. Распахиваю глаза и вцепившись Кириллу в плечи, открываю и закрываю рот, мыча бессвязности. Ненавижу так кончать. Когда ты даже отвернуться не можешь, и партнер видит твое перекошенное лицо. Все равно что порно поставить на паузу в самый неожиданный момент.

— Ты красивая, — хрипло произносит Кирилл и, подавшись вперед, меня целует.

Ох, черт. Сейчас я и впрямь готова родить ему пятерых хвостатых леопардиков, потому что даже когда Тед признался мне в любви в микрофон посреди баскетбольного матча, я не чувствовала себя так, как при звуке этого короткого русского слова.

Его толчки становятся все более резкими и спустя несколько мгновений внутренности обжигает лавина семяизвержения. Это и впрямь какой-то природный катаклизм, потому что секунды идут одна за другой, а Кирилл никак не прекращает имитировать поршень.

Жмурит глаза и издает глухие звуки, среди который я снова слышу эту шипящую «сссс». Определенно, фонетика — его фетиш.

— Ванную покажешь? — спрашивает он спустя минуту, когда мы оба успеваем отдышаться. Одергивает брюки и помогает мне подняться. Расческа как приклеенная встает вместе со мной и лишь через пару секунд падает на пол. Я молча провожаю Кирилла до двери в ванную, и думаю о том, что после такого непотребства мне бы тоже не мешало ее навестить.

И что дальше? Он сейчас снова уедет? Роль покорной леопардихи для меня новая, и я совершенно не представляю, как себя вести.

Звук льющейся воды за дверью стихает, Кирилл выходит из ванной. Несколько секунд разглядывает мои зудящие губы и растрепанные волосы, а потом как-то неожиданно мягко произносит:

— Есть хочу. Поехали куда-нибудь.

— У меня есть пирожки, — выпаливаю неожиданно для себя. — С мясом.

Брови Кирилла удивленно ползут вверх.

— Откуда?

Ой, а вот сейчас обидно было.

 Что так сложно поверить, что я умею готовить?

— В смысле «откуда»? — не забываю скрестить за спиной пальцы. — Сама пекла.

— Не знал, что ты умеешь, — произносит Кирилл и почему-то в этот момент смотрит мне на грудь.

— Ты еще многого обо мне не знаешь, — заносчиво бросаю я, и развернувшись, иду на кухню. Прости, дед Игорь. Твоя внучка сегодня — пирожковая стерва.

41

Саша"

"— Ну что, Катюня, — я скрещиваю руки на груди и поднимаю бровь.