Отморозок 3

— А если бы он меня вообще убил, или после его удара я бы инвалидом на всю жизнь остался?

— Это тоже был бы знак, что ты превысил лимит своих ошибок, не замечая предыдущих знаков, которые обязательно были. Значит, в данной жизни ты оказался не обучаем, и тебе нужно начать сначала, чтобы получить шанс усвоить нужный урок, а не множить твои ошибки и заблуждения.

Меня как током ударило. Блин, а ведь действительно, из моей предыдущей жизни меня и вышибло взрывом. Интересно, какие же я знаки проморгал, что меня в итоге так быстро и невежливо попросили оттуда на выход? Надо бы поразмыслить над этим на досуге.

— Начать сначала, в другом перерождении? — осторожно уточнил я у Сергея. — Ты веришь в переселение душ, и в то, что мы бесконечно перерождаемся?

— Это вопрос дискуссионный, — пожал плечами Сергей. — Ты же учил в школе закон сохранения материи?

— Конечно, учил. Ничто материальное не может исчезать никуда и появляться из ничего, — кивнул я, приблизительно припоминая формулировку из учебника.

— Тогда почему бы не расширить этот закон на твою, или на любую другую сущность? Если ты появился в этом мире, значит, из какого-то другого мира ты исчез. И наоборот, когда ты уйдешь из этого мира, ты появишься где-то в другом. Надеюсь, ты не думаешь, что ты — это только твое тело?

— А что тогда, если не тело? — озадачился я.

— Когда человек умирает, его тело остается?"

"— Да, конечно, остается, если его не сжигают или не уничтожают иным способом.

— Вот и подумай, — Сергей смотрит на меня своими черными глазами, и в их глубине пляшут озорные огоньки. — Человек умер, его тело осталось, но это уже не человек, а просто его физическая оболочка. Логично предположить, что что-то покинуло это тело, оставив лишь материальную оболочку? Ведь просто тело, без этого чего-то, что безвозвратно ушло, уже не человек?

— Чисто теоретически да, хотя с большими натяжками, — неохотно признаю я.

— Тогда это что-то, по закону сохранения, должно куда-то деться, ведь так?

— Так, наверное, — задумался я.

— Можно и так сформулировать, — согласился со мной Сергей.