Прикосновение

От её обвинений кадык дернулся на крупной шее, желваки заходили сильнее, грудь под курткой поднялась и резко опустилась, точно мужчина сдерживался из последних сил.

На продолжение Диана смотреть не собиралась. Поэтому она развернулась и уже хотела начать спуск дальше, как её перехватили. Сначала за плечо, а потом в области талии.

И все было бы хорошо. Не закончилось ничем аварийным, если бы оба участника баталии не стояли на лыжах.

Как только Диана почувствовала на себе чужие руки, то попыталась их скинуть. Дернулась в сторону, намереваясь уйти от прикосновений.

Диана лишь испуганно охнула, нелепо взмахнув руками и чудом не задев наконечниками палки ни себя, ни Игната.

Падать всегда больно и неприятно.

Вдвойне – так нелепо и в компании того человека, который вызывает в душе неоднозначные чувства."

"Диана рухнула на колени, поползла вниз, Игнат кое-как её перехватил, потянул на себя, и в конечном итоге она завалилась ему на грудь, каким-то чудом не переломав себе ноги, и тем самым опрокидывая Игната на спину.

Давиров потянул её на себя, прижимая голову к груди.

Диана зашипела разъяренной кошкой, но было поздно. И упала Игнату на грудь. Тот – на спину, матерясь и не подбирая выражений.

А потом наступила оглушительная тишина. Диана прислушивалась к своему телу, помня наставления инструкторов, что после падения ни в коем случае нельзя резко вставать.

Диана честно попыталась именно так и сделать.

Получилось откровенно плохо.

Близость Игната оказывала на неё неправильное действие. Она терялась, начинала говорить непонятно что, задыхалась. Ей казалось, что она делает все неверно. И в конечном итоге результат тоже выходил плачевным.

Игнат сразу же приподнял голову и посмотрел на распростёртую на себе девушку.

– Ты как? – сурово спросил он, выдыхая и морщась.

Диана прикрыла глаза, стараясь не замечать, как её, так же запорошённого снегом лица, коснулось мужское дыхание. И почему они не могли нормально разойтись? Зачем устраивать балаган и вот это всё?

– Не знаю, – честно призналась девушка. Строить из себя героиню в данной ситуации было бы глупо. Спесь и гонор тоже поубавились.