Одержимость мажора

"

"– Вот так и рожай детей, чтобы потом сидеть на сухом пайке, – смеется муж, – скорее бы она подросла, чтобы засыпать самостоятельно, без десяти сказок и просьб подержаться за ручку.

– А кто-то хотел много детей! – напоминаю я об его планах, неожиданно качнувшись.

– Что с тобой? – внезапно подлетает ко мне муж, подхватывая за талию.

– Ох… – стону я, чувствуя приступ тошноты, а потом срываюсь с места и залетаю в ванную комнату на первом этаже, где исторгаю содержимое желудка в белого «друга».

– Ника! Немедленно открой! – стучит муж в дверь, которую я благоразумно успела закрыть.

– Всё в порядке, просто что-то не то съела, – на слабых ногах подхожу к двери и открываю ее, докладывая мужу о своем состоянии, а потом перемещаюсь к раковине и достаю зубную щетку с пастой. Надо немедленно избавиться от неприятного привкуса во рту.

– Что не то? Ты отравилась? – допытывается муж. – Мы ели одно и то же. С нами всё в порядке. Что это может быть? Вызвать врача?

Улыбаюсь в ответ на его беспокойство, показывая глазами, что пока не могу разговаривать. У меня же щетка во рту, неужели он не видит?

– Сейчас посмотрим, что у нас есть от отравления, – суетится муж, мягко отодвигая меня, открывая навесной шкафчик и протягивая руки к ящику с лекарствами.

– Подожди, – прополоскав рот, вытираюсь полотенцем и смотрю на мужа.

Кажется, начинаю понимать, что со мной, эта странная утренняя тошнота мне очень даже знакома. Испытав ее один раз, уже ни с чем не перепутаешь.

– Не понял, – приподнимает брови Халид, убирая пластиковый ящик обратно.

– Мне кажется, это не отравление, – хмурюсь я, потирая переносицу, меня вдруг охватывает волнение.

– Что? – озабоченно спрашивает муж.

– Кажется, твоя мечта о собственной футбольной команде сбывается, муженек!

– Ты серьезно?! Ты про ребенка? – он стоит с таким лицом, будто совсем не ожидал такого события.

– А что? Не так уж и нереально, учитывая, сколько раз в неделю мы это делаем! Странно, что я не забеременела еще раньше. Три года – хороший срок между детьми, – начинаю рассуждать, – Яся уже не такая липучка, как в первые годы, и может самостоятельно играть. Халид, ты меня слушаешь? – с беспокойством смотрю на так и не пришедшего в себя мужа.