Очаровательная блудница

"

"– Как же я с ними все лето? Здесь полный абалаковский рюкзак… Нет, мне хватит одной. Лучше ты забирай. Не хочу отнимать твою судьбу.

Все, что возникло, родилось между ними в это короткое время, сейчас рушилось. И Женя, должно быть, почувствовала, что с ним происходит.

– Люди находят клады и начинают их делить, драться, – вдруг проговорила она с печальной улыбкой. – А мы с тобой не знаем, как от него избавиться. Чемодан без ручки… Хочешь, скажу, что ты загадал?

– Не хочу, – наливаясь угрюмостью, буркнул он.

– Ты уедешь сегодня? – Она дотянулась рукой и запустила пальцы в бороду, как вчера ночью.

И взмученные чувства как-то враз посветлели.

– Не знаю…

– Сегодня не уезжай. – Голос отроковицы стал трепещущим, словно птичка, зажатая в кулак. – Пусть у нас будет еще одна ночь. Я тебе расскажу историю о зимующей ласточке.

– Здесь будет много народа, – выговорил он немеющими от предчувствий губами.

– А чтобы никто не мешал, мы спрячемся. Возьмем палатку и уйдем в лес. Там найдем местечко… заветное, тайное.

– Книжки читаете? – насмешливо и громко сказал Гузь, внезапно появляясь на стане. – Вот молодость!

Явно подкрался, гусь лапчатый, была бы возможность – подполз еще ближе, чтобы послушать, о чем они читают!

Женя даже не дрогнула, медленно отняла руку и внезапно глянула с той неприкрытой завлекающей полуулыбкой, которая уже бесила Рассохина.

– Подглядывать и подслушивать нехорошо! – и кокетливо погрозила пальчиком. – Даже если вы – начальник.

– Да я и не подглядывал! – неожиданно миролюбиво воскликнул тот и воззрился на отроковицу с интересом. – Придется вам, сударыня, поскучать в одиночестве. Некоторое время…

– Это почему?

– Отрока вашего забираю!

– Я боюсь одна! Говорят, здесь живут погорельцы.

– Навещу вас, – пообещал тот. – Но могу и охрану выставить!

– Нет, лучше вы навестите! – призывно засмеялась она.

– Рассоха, у тебя лоток с собой? – Гузь, завернув полу куртки, утер вспотевшее лицо.

Эта фамильярность Гузя говорила о том, что ему сейчас что-то срочно потребовалось от Стаса.

– С собой, – обронил он, сдерживая гнев.

– Тогда выручай! Бери и пошли со мной.

– Куда?

– Золото мыть!

– У вас драга[23] работает, – умышленно односложно, без всякого выражения проговорил он. – А я уволен.

Гусь захлопал крыльями и загоготал:

– Рассоха, будь человеком! Ну, я погорячился… Начальство летит! А вы… а ты тут как на пляже. Обнажились и загораете! Я с вертолета видел!..