Новогоднее утро с... Бандосом!

Куплю вина и мандаринов. Идеально под бой курантов.

Переобуваюсь в сапоги, надеваю китель с двумя звездами на погонах и собираю в сумку мелочевку. За стеной раздается дружный мужской ржач. Опера «работают». Невольно усмехаюсь, но в гости не пойду. Меня никто не приглашал, да и с тех пор, как мы расстались с Максом, отношения с остальными членами команды стали натянутыми.

— Лена Юрьевна! Лен, подожди! — слышу за спиной прерывистое дыхание Макса, явно пытающегося догнать меня по коридору.

— Чего тебе, Марьянин? — оборачиваюсь и хмыкаю с издевкой.

— Да при чем тут это? — отмахивается он.

— Ближе к делу, — нетерпеливо стучу ногтем по дисплею часов. — У меня нет времени на твои душевные метания.

Лукавлю, конечно, времени у меня хоть отбавляй. Особенно одинокими вечерами, но не плакаться же об этом бывшему. Тем более нас связывал только секс. А любовь у Макса случилась с другой. Я приняла и отпустила. Зла не держу.

— Я слышал, ты от нас уходить собралась? — его голос звучит неуверенно, будто он и сам не верит в сказанное.

— Кто у нас такое трепло? — прищуриваюсь и киваю в сторону кабинета оперов.

— И все же... — он делает шаг ближе, явно собираясь на что-то важное, а я с вызовом поднимаю подбородок.

— Ты сейчас пытаешься выглядеть загадочно, или у тебя что-то болит?

Макс смеется и напряжение между нами немного рассеивается. Все же делить нам давно нечего. Мы просто сослуживцы и в какой-то мере приятели. Да и с женой его я в хороших отношениях.

— Ну, собралась, и что? — закатываю глаза, будто он только что спросил что-то совсем глупое. Но мне не по себе, я не планировала раскрывать планы до Нового года. На новом месте еще не все понятно.

— Это из-за меня? — в его голосе слышится что-то вроде раскаяния, и это заставляет меня на секунду задуматься.

— Макс, ты серьезно? — говорю с легким сарказмом, скрещивая руки на груди. — Ты правда думаешь, что я по тебе убиваюсь?

— Да хер знает, стремно все как-то вышло.

— Нормально все. Я не в обиде, — откровенно наслаждаясь его неуверенностью. Не часто такое встречается. Хоть какая-то сатисфакция. — Никто никому ничего не должен.

— Точно? — он вскидывает голову, пытаясь найти хоть малейший намек на сомнение в моем взгляде.

— Абсолютно, — киваю, стараясь не встречаться с ним взглядом. — Но, если ты ещё раз заикнешься об этом, я передумаю.