Лишняя дочь

– Плохо, что муж не сможет любоваться, когда вы наедине и, конечно, плохо, из-за магии.

- А что не так с магией? – насторожилась Светлана.

- Ну, как же? Пока волосы не отрастут, вы не сможете  пользоваться даром в полной мере.

- Мой дар заключается в волосах, и чем они длиннее, тем дар сильнее? – переспросила княгиня."

"- Нет, конечно! Магия в самом человеке, не в его волосах. Но если их обрезать, то перекрываются каналы, я не очень хорошо могу объяснить, что и как происходит. В общем, если остричь волосы, то магия как бы засыпает и открывается постепенно, с той скоростью, как отрастают волосы.

  Пока косы не достигнут той длины, какая была, вы не сможете пользоваться всей своей магией.

Светлана огорченно вздохнула – наказала мужа, называется!

Прав магистр, ох, как прав – надо сдерживаться! Что бы ей не подумать, не спросить кого-нибудь сначала, а потом уж резать? Ну, отнял Рагнар Фейри, так за дело. Как ни крути, а она проштрафилась. Надо было обернуть накидку вокруг шеи и следить за ней.  Смирилась бы, глядишь, через день-два муж простил  бы.

А теперь она его еще больше разозлила и он текинца ей точно не вернет.

- Деяна, обед готов?

- Давно, готов, ждем князя, - отозвалась девушка.  – Сразу подадим.

Светлана только открыла рот сказать, что князь вряд ли пожелает обедать с ней после всего, что произошло, но тут полог отодвинулся,  супруг  прошел в шатер и сразу присел около столика.

- Садись рядом, - похлопал он по ковру возле себя.

Светлана взглянула на служанку, обошла столик и присела.

- Несите еду скорее, - велел Рагнар.

Пока они ели, князь о происшедшем ни слова не сказал, вел себя, будто ничего не было. Просил передать то или иное блюдо, предлагал налить отвар.

Света диву давалась – что это он? Так проняло или готовит что-то более серьёзное?

Наконец, с едой было покончено, стол и посуду убрали, и супруги остались одни.

- Алана, - произнес Рагнар, и у Светланы все внутри сжалось. – Ты совершила очень серьезный проступок,  я не мог оставить его без последствий.

Но поскольку ты сама себя наказала сильнее, чем я планировал, то запрет на верховую езду я снимаю. И текинец по-прежнему твой, я не отниму его и не собирался. Хотел наказать тебя на два дня, чтобы ты думала, что лошадь не твоя и в следующий раз отнеслась более внимательно к правилам.

- С-спасибо, - выдохнула Светлана. – Мои обрезанные волосы – это  единственное мне наказание?

- Да, единственное, но отрастить их я разрешу  только через два дня.