Лишняя дочь

– Княгиня сама, добровольно обрезала свои волосы!

- Какое наказание вы объявили княгине? – спросил советник.

- Запретил ездить верхом и сказал, что забираю текинца.

- Лучше бы вы оставили ее без еды на день или два, - вздохнул Никодий.

- Я очень рассердился, княгиня повела себя неподобающе. Как она могла обрезать косы?

-  Уже что сделано, то сделано, - вздохнул Никодий. – Княгиня очень решительная женщина. Я не знаю никого, кто добровольно решился бы на такой шаг.

- Как она про подарок сказала – «назад не заберу.

- На сильной и гордой женщине, мой князь.  Она  будет достойной княгиней, когда повзрослеет.

- Чувствую себя очень странно. Алана наказала себя намного сильнее, чем я хотел.

- Как сказать, Рагнар, как сказать! Мне кажется, вы очень сильно ее обидели, отобрав подарок.  И, боюсь, обрезанные косы – это наказание не для нее.

- Для меня?

- Именно.  Вам же нравилось на них смотреть?

- И не только смотреть, - Рагнар поднял одну косу, подержал и опустил назад. – Моя жена – необыкновенная женщина. И я ее совершенно не понимаю.

- До сих пор вы имели дело с женщинами, которые сами за вас цеплялись и старались угодить.  Княгиня горда и знает себе цену, она не будет пресмыкаться и терпеть.  Но только сильная женщина может родить и воспитать сильного мужчину. Боюсь, у вас всего два выхода: подчинить её или приручить.

- Посмотрим,  ррыл возьми.  Подчинить было бы лучше, но что-то мне подсказывает, что этого может не случиться, поэтому я  постараюсь понять и приручить. Кстати, я отправил распоряжение, во дворце к нашему приезду  никого из постельных грелок не останется.

- Правильное решение.

- Собери воинов, придется озвучить наказание для княгини. Все видели, какой она прискакала от озера. Скажу, что ее наказание – обрезанные косы и запрет на их отращивание в течение двух дней.

- А запрет на поездки верхом?

- Пусть ездит, - махнул рукой князь. – И жеребец ее, не заберу. Но это я ей сам скажу и наедине.  Заранее не предугадаешь, как Алана отреагирует.

Деяна только руками всплеснула, увидев, что осталось от прически госпожи.

Светлана криво улыбнулась:

- Это большой позор?

- Позор? Нет, ведь женщина все равно на людях с покрытой головой ходит, - ответила девушка, с жалостью глядя на хозяйку.