Моя (не) на одну ночь. Бесконтрактная любовь (СИ)

А потом кивком головы подозвал Олю.

Оставалось теперь встать на непослушных трясущихся ногах и не свалиться. Она поднялась, придерживаясь за стену, при этом приходилось чуть ли не по рукам себя бить, чтобы не хвататься за живот. Им не надо знать. Никому не надо.

— Сидите смирно, — сказала детям, стараясь не шевелить губами, и пошла."

"Думала, что придется обходиться тем, что есть в сумке — она по привычке продолжала таскать с собой бинт, вату и спиртовые салфетки. Но ей в руки сунули вполне приличную по содержанию походную аптечку.

Зато обезболивающего не оказалось. Раненый бандит показал на себя, Оля поняла, что он его уже себе уколол. Теперь ясно, почему он так спокойно переносит боль. А может там и позабористее что-то введено, но это не ее дело.

Ее дело промыть рану, продезинфицировать. Стянуть рваные края и зашить. Обработать антисептиком.

Впервые она работала вот так, на коленках. Вспомнился Антон, и Оля с трудом сдержала слезы — как бы ей сейчас понадобилась его помощь! Их всех помощь, а особенно французского спецназа.

Мальчики не сводили с нее глаз, и когда она вернулась к ним и села рядом под стенку, теснее прижались с двух сторон.

Снова тишина, прерываемая тихим плачем и тяжелыми вздохами. Оля закрыла глаза и крепче обняла мальчиков. Зря она понадеялась, зря…

Плеча коснулся металл. Она открыла глаза и вздрогнула. Бандит с перевязанной рукой ткнул ей в плечо автоматом, поймал непонимающий взгляд и глазами указал на дверь.

Быстро поднялась, хоть затекшие ноги не держали, и потянула за собой мальчишек. Марти цеплялся за нее обеими руками, и так было даже удобнее. Оля была уверена, что мальчика оторвать от нее сейчас может только какая-то очень грозная сила.

— Идем молча, — проговорила сквозь сжатые зубы и устремилась вслед за широкой спиной в камуфляже.

Она надеялась, что их просто отпустят обратно, вниз, к эскалаторам. Туда, где люди, где наверняка уже полно полиции, где Костя…

Но их провели через один коридор, потом через второй, заставили подняться по железной лестнице, а потом распахнули дверь и вытолкали наружу.

В лицо ударил морозный воздух. Вечерний воздух, на улице уже порядком стемнело. Оля оглянулась и похолодела — крыша. Они на крыше. И как теперь отсюда спуститься вниз? Через технический этаж не получится, он захвачен террористами.

— Смотрите, там летний ресторан, — дернул ее за локоть Роберт.