Мой папа - Дед Мороз

Если не поздно! Ведь чем угодно его визит обернуться может, и кто тогда будет виноват? Ясное дело, кто! Недолго думая, Илья вышел из кабинета, спустился к девочкам в регистратуру. Девочками Илья называл дородную Людмилу Сергеевну и тощую, как жердь, Танечку.

- Таня, скажи-ка мне, депутат тут у нас какой-то, говорят, бродит, скандалы устраивает… Он еще не ушел?

- А, этот, без мозгов? Был, голубчик. Да только его как Надежда Леонидовна пропесочила, так он сразу же наши стены покинул. Пролетел мимо как угорелый. Дверью шандарахнул.

Зачем, спрашивается, так с дверьми?!

- Совершенно незачем, - подтвердил Илья, рассеянно оглядываясь. Знать бы, чего ждать теперь от этого депутата. А, к черту! Будет решать проблемы по мере их поступления. Очень даже хороший способ. Сейчас-то себе зачем голову забивать?

- Держите меня в курсе, если, вдруг, появится.

- Так точно! – кивнула маленькой головой Татьяна. – Людмила Сергеевна! Людмила Сергеевна, вы слышали, что Илья Савельич сказал?

Убедившись, что все его слышали и поняли как следует, Илья удовлетворенно кивнул и собрался, было, уже возвращаться к своим делам, как заметил знакомое лицо нехорошего человека.

Тот поднялся по ступеням центрального входа и в растерянности замер перед табло электронного расписания приема врачей. Илья сжал челюсти. Этому что еще здесь надо? Будто бы почувствовав его неприветливый тяжелый взгляд, нехороший человек обернулся. Илья подошел чуть ближе:

- Вам чем-то помочь?

Нехороший человек покачал головой:

- Я просто жену жду.

Бывшую…

- Боюсь, долго вам придется ждать. У нее по графику две плановых операций.

Илья крутанулся на пятках и, больше ни слова не говоря, побрел к лифтам. Жену он ждет… Бывшую! Постой… Выходит, Надя разведена?

=18=

К концу смены Надя едва шевелилась. Вторая операция вышла сложной. Нехорошая опухоль. Совсем плохая… Возможно, лучевая терапия поможет. Но вовсе не факт. Радует лишь то, что разговор с родителями маленького пациента Лавров взял на себя. Все же легче. Нет, не то, чтобы они совсем не понимали, что происходит.

Просто... где-то в глубине души у каждого больного или близкого ему человека, сидела мысль о том, что… ну, ведь врачи могли и ошибиться! Сейчас разрежут, а там и нет ничего. Извините, пожалуйста!"

"Надя покачала головой и спустилась в ординаторскую. Сняла халат. Еще раз зачем-то вымыла руки. Очень сильно хотелось в душ, но это уже дома.

- Надь, можно тебя на минутку? – спросил возникший в дверях ординаторской Левин.