Мажарин

— А этому твоему знакомому можно вот так трогать тебя и вот так на тебя смотреть?

— Ему можно все. — Вырвала руку и двинулась по направлению к залу.

— Ты понимаешь, что несешь?

Она устало вздохнула.

— Я же просила ничему не удивляться. Да, Матвей, есть в моей жизни люди, которым можно все. И давай в конце концов отойдем, а то не очень удобно устраивать такие разборки около дамской комнаты.

— Ты хотела домой. Я вызову тебе такси.

— Не надо. Такой прекрасный вечер. Ты так хотел встретиться со своим старым другом.

Меня с собой притащил. Вот и мой друг неожиданно оказался в нашей компании. Весело будет.

— Это слишком.

— Слишком для чего? — резко спросила. — Уж не думаешь ли ты меня повоспитывать? Не стоит. Без тебя на-воспитали. Мы идем? Или мы уходим? Или я одна ухожу? Или ты уходишь? Или мы вместе уходим? Или мы просто уходим? Быстрее.

— Зачем ты так? Я хорошо к тебе отношусь. Ты очень обижаешь меня таким отношением.

— Извини, — вздохнула, впрочем, не испытывая по этому поводу никаких угрызений совести.

Они вернулись за столик и сели, поменявшись местами.

— Мне так удобнее будет, если снова выходить, — объяснилась Марина, и Матвей не стал спорить.

Миром правит случай. Мажарин всегда это знал. Какая-то минута — и все изменилось.

Мгновение — и живешь уже другими мыслями. Хотя пока Маринки не было, в голове немного прояснилось. Даже попытался себя одернуть, подумав, что не стоит снова ввязываться в это дерьмо.

А ведь ничего такого уже давно не испытывал. Жил холодно и спокойно, потому что — без нее. Потому что ее не видел."

"Поэтому — не искал. Чтобы жить холодно. Чтобы сердце гранитом.

А внутри тяжело. Будто его свинцом наполнили. И давило откуда-то снизу. В горло. В голову.

Мариша. Она такая же красивая. Еще красивее. От нее будто все лишнее отсекли.

На лице ни одной случайной эмоции. Это поначалу разволновалась, запаниковала — он почувствовал.

— Серега, давай к нам. Чего тут сидишь? — донеслось будто издалека.

— Володя, меня в Штатах сразу за инсайд посадят. У нас с этим проще. И все решаемо. А там законодательство суровее, — проговорил, не сводя с Маринки глаз.

— А я так хотел тебя к себе утянуть.

— Нет.