Казачий адмирал

Говорят, что гетмана проклял старец одного из монастырей, разграбленных его войском во время похода в Московию, поэтому Петру Сагайдачному и не везет с тех пор. Петр Одинец должен был вымолить прощение. Правда, не понятно, у кого, потому что старец был тут же зарублен. Может быть, у иерусалимского патриарха Феофана, который в это время находился в Москве.

Перед самым ледоходом на Хортицу прибыла делегация с Базавлука. Петру Сагайдачному просто и доходчиво объяснили, что с ним сделают, если будет мешать судоходству на Днепре.

За это время бывший гетман поостыл. К тому же, у него появился повод не уронить лицо — патриарх иерусалимский Феофан возвращался домой через земли Речи Посполитой, и Петр Сагайдачный поехал его встречать на границу с Московией. За ним последовала лишь малая часть оставшихся с ним зимой. Остальные решили перебраться в паланку, где шла подготовка к новому морскому походу. У свергнутого правителя щи и свита жидковаты."

"Я принимал самое активное участие в подготовке к следующему походу.

Казаки оценили преимущества шхуны, и среди них появились те, кто, как они думали, способен управлять ею. Мне предложили за плату изготовить еще два дуба, чем я и занимался с осени и почти до конца весны. Я бы сделал шхуны и бесплатно, потому что сидеть дома не было желания. Пока я шлялся по морям, Оксана родила близнецов, двух мальчиков, которых я назвал Сергеем и Семеном. Четыре пацана в одной избе — это слишком для человека, привыкшего только к штормам и ураганам. К тому же, из-за того, что детей стало четверо, у меня появилось нехорошее предчувствие. На всякий случай я проинструктировал жену, что ей делать, если я не вернусь. Пусть перебирается в Киев, который превратился в небольшой провинциальный город. Не хочу, чтобы мои дети выросли казаками, то есть, рогулями, как шляхта называет крестьян. В будущем те, кто не сбежит на Кубань или в Сибирь, станут крепостными. Пусть лучше мои дети получат хорошее образование и найдут себе место в городе. Горожане всегда живут за счет крестьян. Кроме смутных времен, которые случаются не часто.

Глава 47

Во второй половине мая я перегнал свою и две новые шхуны к Базавлуку. Там у причала стояло старое суденышко купца Егии Навапяна. А ведь у него наверняка в собственности несколько больших. Хотя на них на Днепре делать нечего. Пусть бороздят моря под командованием наемных капитанов, а хозяин на небольшом суденышке заработает не меньше, торгуя с казаками.

— Ждать тебя с добычей? — спросил он.