Кардонийская рулетка

— А ты, стало быть, «добрый дознаватель»?

— Ты невнимательно слушал, — вздохнул Руди. — Я не добрый и не злой, я свой собственный дознаватель.

— Хочешь войти в историю, — догадался магистр. — Тебе нужна не столько бомба, сколько факт ее открытия.

— В отличие от тебя я тщеславен. — Профессор затушил папиросу. — Я этим не горжусь, но и не стыжусь. Я такой, какой есть.

— Цена?

— Значит, бомба существует?! — взвился Руди.

Магистр промолчал.

— Ты сделал ее из астринга? Да? — Профессор вскочил и возбужденно пробежался вдоль стола.

— Цена? — хрипло повторил Павел.

— Свобода, — ответил Йорчик. Вернулся в кресло и уточнил: — Я организую побег.

— Гарантии?

— Мое честное слово.

— Несерьезно, — покачал головой магистр.

— А ты объяви тендер, — ехидно предложил профессор. — Может, кто и предложит лучшие условия.

— Тендер идет прямо сейчас. — хмыкнул Гатов.

— Не думал, что тебя настолько легко купить.

Йорчик постарался вложить во фразу все доступное ему высокомерие, даже презрительное высокомерие, но услышал небрежное:

— Это потому, что тебе ни разу не продавали твою жизнь.

И оставалось лишь развести руками:

— Возможно.

Ученые задумчиво посмотрели друг на друга. У каждого было кое-что на продажу, и каждый не знал, как правильно своим «кое-чем» распорядиться.

— У нас проблема доверия, — констатировал Йорчик.

— А время уходит.

Гатову удалось главное: убедить Руди, что ему все равно, с кем договариваться, и тем заставить профессора нервничать. Йорчик даже не понял, что на собственной шкуре убедился в мудрости руководителя Департамента секретных исследований барона Перельбачика: не за деньги вербуют, точнее, не только за деньги.

— Что ты предлагаешь?

— Сначала побег, потом ответы.

— Издеваешься? У меня одних вопросов на три дня разговоров!

— Я расскажу тебе принцип, — веско произнес Гатов. — Это, поверь, не займет много времени. А зная принцип, ты соберешь бомбу за полгода.

— Гарантии?

— Мое слово.