Кардонийская рулетка

А скорость уже высока, и третьего схождения не будет — аэропланы безнадежно отстали.

Глава 13

в которой Йорчик догадывается, Лайерак много говорит, у Мерсы приключение, а Помпилио оказывается в тюрьме

— Гатова уважают, потому что гений, но никто не любит.

— Почему? — удивился Йорчик и тут же хлопнул себя по лбу: — Мог бы не спрашивать: потому что гений.

А в следующий миг сообразил, что ляпнул лишнее.

— Не только поэтому, — нахмурился инженер Свельдо. — Не считайте нас завистливыми ублюдками.

— Ни в коем случае, — торопливо произнес Руди, коря себя за несдержанность.

«Как ты смеешь, скотина, ждать от меня уважения?»

Однако обстоятельства требовали от профессора такта и спокойствия.

— С появлением Гатова все изменилось, — помедлив, проворчал Свельдо.

Но продолжать не стал, уткнулся в кружку.

— Что именно изменилось? — уточнил Йорчик и услышал потрясающе полный ответ:

— Все.

И в очередной раз обругал про себя предателя.

Таверна «Два дракона» располагалась за чертой Унигарта, в шести лигах по линегартскому тракту, и являла собой классическое придорожное заведение «с претензией»: меню большое, но готовить не умеют — говядина жесткая, овощи подгорели, да еще и маслом воняют, разрекламированное пиво кислое, а принесенное на замену — немногим лучше.

— Так что, вы говорите, изменилось?

Свельдо сделал большой глоток пива, понял, что отвечать придется, — не ссориться же с профессором из-за такой ерунды, как случайно оброненное оскорбление, и продолжил:

— Раньше как было? Дагомаро ставил задачу, под задачу создавалась конструкторская группа, мы вместе обдумывали проект, вносили предложения по реализации, получали добро от Дагомаро и начинали работать.

— Гатов, — поправил собеседника Руди. — Гатов приносит чертежи.

— Бааламестре, — твердо повторил Свельдо. — Гатов чертить не умеет или делает вид, что не умеет. Он придумывает, объясняет Каронимо, что придумал, а тот уже переводит нам.