Измену не прощают

Мы так тебя ждём. Будь с нами. Ты так нам нужен… — пылко произношу, не стесняясь, что услышит медсестра.

Слезы текут по лицу ручьём. Я целую тыльную сторону ладони Стаса, прижимаю ее к своей щеке.

И в один день она сжимает мою руку в ответ.

Стас приходит в себя спустя неделю комы. Врачи тут же выгоняют меня из реанимации и не дают больше зайти. Я мечусь по коридору, не нахожу себе места. Сразу звоню родителям Стаса, Лизе, Коле, Вите. Сообщаю всем.

Моему счастью нет предела. Мне стоит огромных усилий держать себя в руках, чтобы не ворваться обратно в реанимацию.

— Боже мой, Стас, — сразу же хватаю его за ладонь и реву. — Ты очнулся.

Стас долго смотрит на меня из-под слегка опущенных ресниц. Он выглядит неважно: бледный, измученный.

— Поля, — наконец-то шепчет одними губами.

Я громко всхлипываю и растираю по лицу слезы рукавом одноразового халата.

— Мой любимый. Я так за тебя боялась.

Не выдерживаю, склоняюсь к Стасу, приникаю к его губам.

— Любимый, — провожу ладонью по колючей щеке. — Мой самый любимый. Я здесь, я с тобой.

Через пять дней Стаса переводят в отделение. Он все еще слаб, много спит и мало говорит. У него очень сильная черепно-мозговая травма, была настолько большая кровопотеря, что потребовалось переливание крови.

Картина Стаса на снегу в багряной луже намертво запечатлелась у меня в голове. Она сместила все предыдущие картины. Бывает, прикрываю веки, потому что сильно устала из-за недосыпа, а перед глазами тротуар, неподвижный Стас и красное пятно под его головой. Страх сразу пронизывает все тело, проникает в клетки. Страх — остаться без Стаса, лишиться его, никогда больше не увидеть и не услышать.

Я была так глупа!

Когда Стас был рядом живой и здоровый, я не ценила этого. Жила в каком-то своем мире из обиды и боли. А можно было отбросить все плохое, не вспоминать и просто быть счастливой с любимым человеком, с отцом моего ребенка. Наслаждаться его любовью и любить всем сердцем в ответ.

Стаса выписывают через две недели, но он еще остается на больничном и на работу ходить не будет.