Измена. Право на ошибку (СИ)

Я замираю в кресле, которое я развернула к стене, чтобы не видеть кровать со следами чужих развлечений.

Кто пришел?

Вскакиваю и сразу же падаю обратно: да, какая, в целом, разница?!

Ведь я заперта."

"Не прыгать же со второго этажа. Я не хочу переломать себе ноги.

То есть, кто-то, кто пришел, так же и уйдет.

У меня нет возможности связаться со внешним миром. Ни одной!

Я совсем отчаялась, когда по коридору раздались чьи-то шаги.

Довольно легкие, как будто женские.

Меня осенило.

— Юлька, какая же ты забывчивая! — шепчу себе под нос.

Это же Алина, наша домработница.

Я сама вызвала ее вне привычного расписания, чтобы она помогла перестирать шторы и перемыть люстры перед семейным ужином, за которым соберутся все наши родственники.

У Алины есть ключи.

Она сперва позвонила, а потом, когда поняла, что никто не открывает, открыла своим экземпляром.

— Алина, это ты? — громко спрашиваю я.

Шаги.

— Юлия Сергеевна, здравствуйте. Да, это я! — за дверью раздается знакомый голос. — Вы отдыхаете? Мне приступать или будут другие распоряжение.

Алина. Домработница. Она.

Слава Богу.

Я резко вскакиваю, спотыкаюсь о край ковра, но все равно мчусь к двери. Пальцы дрожат, когда поворачиваю замок. Разумеется, он не поддается.

— Алина, как хорошо, что ты пришла. Я прилегла отдохнуть и что-то дверь заклинило, — лгу. — Попробуй открыть ключом запасным. Он там, в кладовой, в ящике со всеми ключами…

— Хорошо, я сейчас посмотрю, — отзывается домработница и уходит.

Мне пришлось подождать несколько минут, молясь, чтобы моя хитрость сработала.

И вот… наконец… долгожданный звук ключа, поворачивающегося в замке.

Я вызволена!

— Ой, что-то у вас... — Алина замирает на пороге, внимательно вглядываясь в мое лицо. — Все в порядке?

Я не могу говорить. Не могу объяснить. Просто стою, сжав зубы, чтобы не разрыдаться.

— Заходи, — наконец выдавливаю.

Алина переступает порог, останавливается, увидев разбитый бокал на полу, смятые простыни, следы на ковре.

— Убираться будем? — осторожно спрашивает она.

Да. Убираться.

Убирать этот кошмар.

— Да, — киваю я. — Особенно спальню. Начни с нее.

Алина удаляется, возвращается с совком, метелкой и небольшим пылесосом. Она молча начинает собирать осколки. Я смотрю, как она аккуратно поднимает каждый кусочек, и вдруг меня осенила мысль.

— Алина... — голос звучит взволнованно. — Дай мне свой телефон. Позвонить. Пожалуйста.

Она поднимает на меня глаза. Умные, понимающие.