Голые чувства

Сестры Миловы всегда могли продать квартиру… Но с этим было связано много «но». Во-первых, этих денег не хватит на всё лечение, во-вторых, куда Каролина вернется? А если ничего не выйдет? Если она не встанет на ноги? Квартира — их единственная ценная собственность. Куда податься девушке-инвалиду, у которой нет собственного жилья? В съемную двушку к Сладе с Игорем? Сестра и жених загрызут друг друга!

Каролина ненавидела Игоря лютой ненавистью. Она ела его поедом при каждой встрече, а он отвечал взаимностью. Слада даже не сказала сестре о свадьбе… Смалодушничала, не хотела, чтобы та нервничала перед отъездом в клинику и устраивала истерики.

Теперь же поездка может вообще не состояться…

Если с жилплощадью можно было что-то решить постфактум, то Швейцария ждала Каролину уже завтра. Если Хватов отменит платеж, то сестра никуда не полетит, ее не прооперируют, очередь будет пропущена.

— Мама дорогая, почему в этом мире всё так сложно… — почти плакала Слада, садясь в троллейбус.

Нужно бы домой… Сесть перед Каролиной и всё честно рассказать. Но домой отчаянно не хотелось.

«Игорь!» — тут же всплыло в голове имя любимого.

Слада пойдет к жениху, расскажет всё ему. Конечно, бешеных денег у Игоря не было, но зато были знакомые и друзья. Может быть, ему удастся помочь ей выкрутиться.

Раньше Слада и не подумала бы обратиться к Левицкому с какой-либо проблемой. Не те были отношения. Но последний месяц расставил все точки над «i».

Это был лучший месяц за весь период их отношений, особенно первые две недели, пока любимый не стал слишком задерживаться на работе. Они не съехались лишь потому, что Слада боялась оставлять Каролину до операции. Та нуждалась в помощи. Однако день через день приходила к жениху. Они вместе проводили вечера, выходные. Готовили что-нибудь вкусное, смотрели фильмы, гуляли…

Впервые за время общения с Игорем Слада чувствовала себя по-настоящему ему нужной, любимой, ценимой. Это было настолько потрясающе, что она надеялась сохранить эти чувства на всю жизнь.

— Что ему, любовниц мало? На кой черт я ему сдалась… — бубнила она себе под нос, глядя в окно полупустого троллейбуса."

"После того как Левицкий сделал ей предложение, он в корне изменил свое к ней отношение. Милова словно стала по-настоящему его… В прямом и переносном смысле. И былые чувства вновь захлестнули с головой.