Голые чувства

Сладе было сложно перестроиться на романтический лад после того, каким образом начались их отношения.

К тому же после того, что с ней сделал ее жених, Миловой, наверное, в принципе непросто доверять мужчинам. И теперь задача Хватова это изменить.

Он изменит.

Теперь-то он всё сделает правильно, теперь-то не оплошает. Научен горьким опытом, будет с ней терпелив, ласков, станет прислушиваться к ее нуждам. Она же не прислуга в конце-то концов, чтобы ею бесконечно помыкать. Она — любимая женщина.

Умом понимал: всё делает правильно, а сердцем… Сердце истекало кровью из-за того, что Слада попросилась домой.

Как с ней расстаться? Пусть и на короткое время, ведь видеться она наверняка согласится. Но Хватов жадный! Ему подавай всё и сразу — чтобы ночи вместе, завтраки и ужины, чтобы на работе каждый день ее улыбка. Отпускать ее к себе было больно. А еще волновался о ее безопасности, хотя теперь уж точно Белоснежку без защиты не оставит. Ее квартиру под сигнализацию, а в соседнюю — телохранителя. И чтобы при необходимости мгновенно появился у милой Миловой.

И звонить ей чаще. А она вообще захочет с ним болтать по телефону? Хватов надеялся, что да, потому что без хоть какого-то контакта с ней он с ума сойдет. Он без нее с ума сойдет.

Когда они въехали в Краснодар, Слада еще спала. Проснулась, лишь когда водитель остановил машину возле ее подъезда.

— Приехали, — проговорил Данил хриплым, будто не своим голосом.

Плотно сжал челюсти, чтобы не начать возмущаться, ведь ему сильно ему не нравилось, что Слада хочет жить отдельно.

А она спросила неверящим голосом:

— Мы у моего подъезда?

— Да, милая. Ты же хотела домой, — ответил он еле слышно.

— Но я думала, ты меня к себе отвезешь…

«То есть возвращаться в родную квартиру она не хочет? Не так понял ее желание?»

Дольше Хватов не думал, тут же хлопнул по креслу водителя и зычным басом затребовал:

— Домой!

Пусть у них со Сладой отныне будет один на двоих дом.

Глава 59. Почти смелая

Часть 3. Ее маленький большой секрет

Глава 59. Почти смелая

Слада бежала так быстро, что казалось — еще чуть-чуть, и она выплюнет свои легкие.

Внутри жгло, во рту пересохло, ноги подкашивались. И вот она уже видела тот самый сучок, о который ей предстоит споткнуться, чувствовала в руке боль от собачьего укуса, задыхалась от ужаса.

— А-а-а!

Собственный крик показался ей оглушительным, от него звенело в ушах и холодела кровь. Резкое падение вперед, и… она уже который раз за эти дни просыпалась именно на этом моменте.